– Андрюш, чуйка тебя не подвела, ты вовремя свалил. Проснулась ни свет ни заря – после 12-ти, обнаружила твои каракули на столе, разозлилась на тебя не на шутку, разорвала бумаженцию на мелкие кусочки. Отправилась лицо поставить на место после выпитого, только успела почистить бивни, как нагрянули ко мне посетители в составе трех человек. Ткнув в лицо удостоверением, представились правоохранительными органами. Мол, так и так, гражданка Розаль, проедемте с нами в отделение. Ты же меня знаешь, Андрэ, я за словом в карман не полезу. Казус случился со мной в этот момент, – рот просто онемел. Подумала грешным делом, что, может, по пьянке убила кого-то и съела?
– Позвоните сестре Сичкина, она Вам все объяснит, – скомандовал старшой из них. Я набрала Ольгу, спрашиваю ее, мол, небезызвестные органы предложили с ними прокатиться, а она мне: «Извини, Маринчик, Вовчик тетрадку с записями оставил в больничке, мне ее передали; когда прочла, поняла, что дело пахнет керосином и не все так однозначно, поэтому отнесла в милицию. Ты в тетрадке тоже отмечена, причем, твое имя красными чернилами подчеркнуто».
Я им в вежливой форме попыталась объяснить, что Вовчик совсем-совсем бывший, и мы полгода как в разлуке находились. Старшой мне опять: «Это простая формальность, ответите на пару вопросов, мы запротоколируем, и Вы будете свободны».
Выбора мне не оставили, и я поехала с ними. Проторчала у них часа три, прежде чем вызвали меня на допрос. То следователь не на месте, то занят срочными делами. Наконец-то меня вызвали. Допрашивал симпатичный молодой следователь, с ямочкой на подбородке. Вопросы задавал банальные: когда виделись с покойным в последний раз, что послужило его внезапному психическому расстройству, как часто перезванивались? После чего взял мой телефон и отнес его на досмотр, потом принесли его через полчаса. Круг знакомых и т. д. и т. п. Прочитайте и распишитесь. Я уже обрадовалась, что закончился допрос, а он мне напоследок вопросик:
– Да, кстати, показывал вам покойный карту? Я округлила глаза и сделала удивленный вид.
– Вы понимаете, – стала объяснять следователю, пожимая плечами, – Вовчик был прижимистым, деньги не любил тратить на женщин, поэтому его банковскую карту никогда не видела. Понимаете, я эмансипэ – люблю всегда платить сама за себя.
– Врешь и не моргнешь, почему твое эмансипэ на меня не распространяется?
– Не перибивай, а наливай.
– Ты мне как брат, поэтому родственникам позволяю такие вольности.
Приволокла я свои ноженьки домой и что я вижу, – мой бардак выглядит совсем чужим. Как-то аккуратно у меня все разбросано, посему сделала вывод: чужаков без спроса забросило в мои аппартаменты, сукины дети в гости пожаловали без моего согласия, да еще в мое отсутствие.
– Андрей, ты книги ворошил?
– Честно сказать, хотел, но передумал.
– Тогда точно не галлюцинации.
– Ты же знаешь мой неряшливый характер, три месяца не подходила к полкам, всю пыль разворошили следопыты хреновы. Вот, пожалуй, три основных вопроса у меня назрело. Зачем им понадобился обыск? Почему в мое отсутствие? И что искали? Поэтому маскарад и придумала. Телефон дома оставила, знаю я их ментовские штучки, наверняка жучок прицепили. Оставила свет в спальне – и к тебе. Ну, что скажешь? Может, Вовчик на государственную тайну наткнулся? Про карту знают, что он там насочинял и меня к этой истории прилепил. Ты, Андрюша, эту карту сожги, не нравится мне такой расклад. Может, и за тебя возьмутся, если пронюхали чего? Где она? Принеси.
– На холодильнике валяется.
Марина подскочила, стянула карту, порвала на мелкие кусочки. «В унитаз, там ей место». Вышла и через минуту вернулась, плюхнулась на табурет и заплакала.
– Маринчик, хватит тебе уже, тронуться мозгами можно от всего этого.
– Ты знаешь, мне кажется, что я уже тронулась. Мания преследования у меня наступила после звонка от дяди Володи, бывшего дедушкиного ученика, который сейчас проживает в Париже. Я тебе говорила, что дед занимался секретными разработками. Раньше он с мамой общался, после ее отъезда стал мне периодически названивать. Повышенный интерес возник к моей персоне, – где работаю, с кем дружу. Вот я ему про тебя и рассказала, что ты бываешь в его краях. Он опять с расспросами: где ты обычно останавливаешься в Париже, может ли подарок мне через тебя передать. Потом приглашение мне прислал и билет с открытой датой. Месяц назад визу шлепнула в паспорт. Потом позвонил мне, все деда нахваливал, как великого ученного, который внес большой вклад в микробиологию и мог бы еще принести пользу человечеству, если бы не болезнь.
– Почему ты раньше мне о нем ничего не рассказывала?
– Попросил меня, чтобы я ничего не говорила, мол, пусть это будет сюрпризом, к тому же он собирался на время уехать в Швейцарию.
– Больше ни о чем тебя не просил?
– Да нет, сказал что перезвонит, а сам пропал. А тут как раз удобный случай, можно было смотаться, пока новую работенку не подыскала. Хорошо бы было развеять мозги на Елисейских полях.
