Катя же только сейчас заметила, что на них действительно никто не обращал внимания, ни вчерашний пастушок, ни соседки, ни ребятишки, которым, конечно, всегда есть с кем поболтать и к кому пристать с расспросами. Сейчас они даже не поднимали глаз на девочек. А если и встречались случайно с ними взглядом, то равнодушно отводили его в сторону. Только пушистая серая кошка, пригревшаяся на завалинке, лениво провожала их взглядом, пока они не скрылись за поворотом, потом зевнула и положила острую мордочку на передние лапы.
Ярмарочные ряды пришлось обходить с осторожностью, чтобы ни с кем не столкнуться.
Если бы не нынешние обстоятельства и непокидающее беспокойство, что она делает что-то не так и что-то не то, Катя бы не смогла пройти мимо заваленных тканями и мехами рядов, непременно остановилась бы около загона с жеребятами, а уж около пряничных лавок так вообще бы поселилась навсегда. Сейчас же, тоскливо поведя носом на ароматы корицы и мяты, она вздохнула, и ей вспомнились фирменные мамины булочки: с румяной хрустящей корочкой, покрытые мятной глазурью затейливые крендельки с маком и корицей.
Катя украдкой снова протяжно вздохнула. Вместе с группой торговцев, сопровождавших груженные тюками телеги, они вышли из города, миновав замерших у ворот стражников. На них только пугливо озирались лошади да лаяли дворняги, чувствуя чужих.
– Эй, вам охрана не нужна? – вдруг окликнул их стражник.
Катя посмотрела на Ярославу – та остолбенела.
Обе замерли, почти перестав дышать.
Стражник, громыхая тонкой кольчугой, подошел к одному из купцов – грузному мужчине с иссиня-черной бородой.
– Там, на первой переправе, наш отряд стоит, – продолжил стражник, придерживая привязанного к телеге жеребца и поглаживая его тонкую блестящую шею. – Ежели что, скажете, до второй переправы сопроводят. Там, далее, как обычно.
Купец кивнул:
– Здравия тебе, служивый. Мы только сплавляться будем. На первой переправе караван ждет… А за подсказку благодарствую!
Стражник понимающе кивнул:
– Докель товар везешь?
– В Новгород меха, да шелка чуток прикупил.
– Ну, бывай!
И слегка хлопнул широкой ладонью по начищенному до блеска лошадиному крупу.
Ярослава облегченно выдохнула:
– А я думала: все, споймали нас, – и вытерла вспотевший лоб.
– А что б нам было, если бы поймали?
Ярушка хмыкнула, помолчав, мрачно отозвалась:
– Да одними батогами[4] бы не обошлось…
Они вышли за городские ворота, какое-то время еще шли вместе с обозом по дороге, а затем сошли с нее и направились через поле к лесной опушке. Катя восхищенно вздохнула полной грудью. Она редко бывала за городом. Было здорово оказаться на природе без толпы одноклассников, то и дело врубающих на полную громкость музыку, снующих с едой и напитками и скулящих от одного вида летающих насекомых.
Дурманяще пахли душица и мята, клевер и ромашка. Яркие васильки игриво клонили свои короны, поворачиваясь к деловитым пчелам. Пузатый шмель выглянул из цветка и, недовольно прожужжав, вернулся к своему занятию. Издалека доносились протяжные вздохи коров, которые не перекрывали трескотню кузнечиков, гудение пчел и назойливые нападки жирных откормленных мух.
Из-под ног то и дело выскакивали мелкие серые лягушки с коричневыми пятнышками на тощих спинах, испуганные мыши, беспокойно гомонили полевые жаворонки, потревоженные человеком.
– Ну, как тебе наш мир, сказывай! – Ярослава наконец успокоилась и расправила плечи. Кажется, сейчас она уже не опасалась быть замеченной и начала говорить в полный голос.
– Здорово, – Катя улыбнулась, подбирая слова так, чтоб не обидеть, – все-таки они очень разные с Ярушкой. – У нас так многие живут, в деревнях. Тоже строят деревянные дома, держат хозяйство, носят воду из колодца.
– За столько лет ничего не изменилось, что ль?
– Ну как не изменилось, – Катя уклончиво улыбнулась и пожалела, что не успела захватить телефон, вот бы сейчас Ярославе показать фотографии ее школы, дома. Да и города, конечно. – Города у нас большие теперь, каменные дома, в них много-много квартир. Вот у вас дороги в Тавде деревом уложены, а у нас сейчас смесь специальную делают, асфальт называется, – Катя улыбнулась, вспомнив здоровенную дыру, появляющуюся строго каждую весну напротив входа в ее подъезд. – Только, похоже, у вас все же лучше.
– А еще что? Ты про новое сказывай, чего у нас еще нету!
Катя отбилась от здоровой мухи, назойливо вертевшейся перед носом.
– Вот вы в телегах и верхом передвигаетесь, а у нас много уже всего понапридумано. Есть и автомобили – это такие телеги с механическим двигателем, в котором спрятана сила многих-многих лошадей, есть самолеты – они как птицы по воздуху летают. Есть поезда, они по специальным полозьям – рельсам передвигаются. А еще есть электричество – это такая штука, которую у вас еще не придумали, вроде твоего светового шара, только свет по проводам течет, как вода. И пользоваться им могут все подряд, не только волшебники…
– Чудно, – Ярушка задумчиво сорвала травинку.
