Разорванную рубашку она сложила чистой стороной вверх так, чтобы из нее получилось что-то вроде валика, и подложила его подруге под голову.
Енисея не шевелилась.
Катя к ней подбежала: та была холодна и тяжело дышала. На лбу выступили крупные капли пота. Ее била мелкая дрожь.
– Енисея, – шепотом позвала Катя. Та не отозвалась.
Катя стремглав бросилась к камням, за которые ушли ребята.
Истр что-то вытачивал из мелкой деревяшки, найденной им, видимо, тут же. Олеб был бледен и не сводил глаз со входа. Так что стоило Кате появиться, он сразу подскочил.
– Как она? – с волнением спросил он. Катя немного смутилась.
– Нормально, спит еще, – растерялась она, – Енисея просто умница, она ей все раны заживила…
– Хорошо, но я о Енисее спрашивал – как она?
Катя смутилась еще больше. Вначале она подумала, что оказалась случайным свидетелем проявления симпатии этого светловолосого богатыря к своей подруге, но тут оказалось, что он имел в виду другую… Двойной конфуз.
– Не знаю… Я поэтому и пришла за вами. Помоему, ей плохо…
Оттолкнув ее, Олеб выскочил из-за камней и бросился к лежащей на камнях Енисее.
Он внимательно осмотрел ее, подхватил на руки и бережно перенес за камни, в укрытие. Катя и Истр вместе осторожно перенесли туда же Ярославу, уже начавшую немного приходить в себя. Олеб вытащил из сумки деревянную фляжку, поднес ее к губам Енисеи, влил несколько капель в полуоткрытый рот.
Девушка коротко вздохнула.
Он вылил несколько капель на свои пальцы, растер ее руки, помассировал тонкие пальцы. Щеки Енисеи покрылись тонким румянцем, она выдохнула, а через пару мгновений открыла глаза.
Прошло несколько часов.
Все немного отдохнули, Енисея совсем оправилась, а Ярушка уже вполне неплохо самостоятельно держалась на ногах. Правда, была молчалива и задумчива больше обычного.
– Какие идеи насчет спуска? – деловито осведомился Истр. – У нас два раненых бойца.
– Я не раненый, – огрызнулась Ярушка.
– Без геройства, лады? – строго отозвался Истр и внимательно сощурился, приглядываясь к Ярушке. – Нам еще долгий путь держать. Так что еще успеешь показать, какая ты воительница несгибаемая. Кстати, хорошо было бы узнать, где именно мы находимся.
– Я предлагаю спускаться тут, – отбросив последний вопрос, Енисея указала на ближайший более-менее пологий склон. У его подножия распростерлось черное тело грифона. – У этого в голове мой акинак[9]. Забрать надо.
Катя заглянула в пропасть: почти отвесная скала, высота метров тридцать. Вроде и немного, но если упасть на острые камни внизу – мало точно не покажется.
Она искоса посмотрела на ребят: Истр с прищуром подтачивал нож, Олеб разложил перед собой три связки пеньковой веревки, примеряя, хватит ли их длины. Ярослава сидела в стороне с каменным лицом, видно, еще не пришла в себя. Енисея, кажется, забыла о своем ранении и думала только о том, чтобы вернуть свое оружие.
– Если хватит веревки, то Енисею и Ярушку можно спустить в люльке, – подала голос Катя. Все на нее посмотрели:
– Это как?
– Просто я знаю, что делают в таких случаях альпинисты, ну, скалолазы. Например, если кто-то из них в горах вывихнет ногу, то друзья спустят его вниз, сделав из веревки что-то вроде люльки, – на плоской поверхности скалы она начертила камнем конструкцию.
Олеб еще раз просчитал длину веревки, задумался, повел рукой по волокнам, и те словно вытянулись, добавив к длине еще несколько метров.
– Вроде хватит, – сказал он, распрямляясь. – Закрепляем один конец здесь, – он указал на тяжелый валун, – второй спускаем вниз. Я страхую здесь, наверху, ты, Истр, – внизу. Девочки спустятся, а там и я. Вначале идет Катя, потом Ярослава и Енисея – в люльке, как Катя дельно предложила. Все согласны?
Ребята закивали.
– А чего уж там, – деловито пробасил Истр, – ладный план.
Истр ловко соскользнул на несколько десятков метров вниз, закрепился на небольшой гладкой платформе, буквально в метре от земли.
– Давай! – крикнул остальным.
– Катя следующая, – скомандовала Енисея. – Если что – поможешь Истру.
Катя подошла к краю уступа. Порывистый ветер с силой бил по щекам. Дыхание резко перехватило. Слезы непроизвольно брызнули из глаз.
– Ой, – метнулась она в сторону. Согнулась пополам, отдышалась.
– Ты как? – спросил Олеб.
– Все хорошо, секундочку.
Олеб деликатно отвернулся, крикнул вниз Истру:
– Эй, ты готов?!
Истр махнул рукой, крепче обвязал вокруг себя веревку, натянул конец.
Катя собралась с духом. Олеб сделал ей на руки обмотку:
– Это чтоб ладошки не сожгла. Ты не цепляйся, ты скользи по веревке. Ногами ее обхвати и скользи руками. Поняла?
Катя кивнула. «Ни черта я не поняла». Но ждать было уже некогда.
Она схватилась за веревку, как ей показал Олеб, оттолкнулась ногами от камней и с визгом бросилась в пропасть.
Инерции ей хватило ровно на то, чтобы обхватить веревку ногами. Она вцепилась в нее со всей силы, ожидая, что оно как-то само сейчас начнет скользить. Но не тут-то было!
Ее качало из стороны в сторону, ветер трепал волосы, веревка больно врезалась под коленями.
– А-а-а! – истошно визжала она не своим голосом. – Не могу!!!
