Хотя эти летние поездки оказались довольно тяжёлой работой, тем не менее, дело того стоило. Я получил понимание и возможно, глубокое знание действительного отношения различных министерств иностранных дел и важных фигур в правительстве стран, которые я посетил, не только к Советскому Союзу, но также к европейским проблемам и миру в Европе в целом.
Побуждаемый, как я полагал, сознанием того, что Соединённые Штаты не имеют в Европе никаких корыстных целей, я во всех этих ситуациях находил величайшую откровенность в разговорах, которые всегда носили неофициальный характер.
На самом деле, я действительно получил весьма ценную информацию, которая не была широко известна и которую я был обязан устно сообщать только президенту и государственному секретарю.
Со времени нашей беседы в Париже я много думал о Вашем ясном и чётком изложении проблемы европейского мира. Это характерно для Вашего видения и ясности суждений, с которыми Вы подходите к вопросам. Я хотел бы, чтобы эти идеи могли быть реализованы.
Ситуация в Европе день ото дня то благоприятна, то мрачна. События кружатся калейдоскопом.
Ситуация в Испании выглядит не слишком хорошо, но вполне возможно, Франко решит этот вопрос, добившись быстрого военного успеха. В таком случае остается выяснить, будут ли Балеарские острова по-прежнему служить яблоком раздора. Гитлер снова пропагандирует предполагаемое давление на немецкие меньшинства в Чехословакии. Очевидно, он поддерживает эту ситуацию на плаву.
Франция, похоже, собирает некоторые внутренние силы. Англия, как обычно, ведёт свою реалистичную игру с дальним прицелом. Теперь, похоже, Япония снова продемонстрирует, что решается нанести удар, когда мир поглощен другими проблемами. Похоже, ей это сойдет с рук.
"Террор" этих чисток – нечто пугающее и совершается ради укрепления власти этого правительства. Которое, как бы странным не казалось, вероятно, искренне желает улучшить положение простых людей.
Слабость, которую западная Европа видит в России, является скорее результатом принятия желаемого за действительное, чем объективной оценкой.
Дневник, Москва, 28-е октября 1937-го.
Долго совещался с британским послом, гуляя по лесу. За нами обоими следовали наши соответствующие ГПУ (тайная полиция), которые, казалось, наслаждались их прогулкой и визитом. Они держались на почтительном расстоянии, но не выпускали нас из виду. Мы в целом согласились с мнением, что чистки и убийства не нанесли ущерба политической силе правительства.
Дневник, Москва, 29-е октября 1937-го.
Приходил Литвинов на обед.
Когда ему предложили отправить русский балет на Всемирную выставку в Нью-Йорк, он в шутку ответил, что они очень красивы и привлекательны и могут влюбиться в Нью-Йорке и не вернуться в Москву. Всерьёз же, он сказал, что это, вероятно, будет мешать репертуару оперы и балета до такой степени, что, вероятно, окажется невозможно.
