– Я хотел встретиться с тобой, отец, – тихо произнёс Хьюго, глядя на своего отца, но тот даже не взглянул на него. – Ты был мне нужен.
– Раз ты у нас взрослый, Марк, – громко произнёс мужчина и, стукнув по столу, продолжил, – Всё понимаешь, переезжай к своей матери и не появляйся у меня дома!
Мужчина вскочил и вышел в прихожую. Дверь громко захлопнулась. Наступила удушающая тишина, три человека сидели за небольшим столом, никто не проронил ни слова. Марк тяжело вздохнул и следом вышел из дома во двор.
***
Парень тяжело вздохнул и исподлобья взглянул на свою подругу. Эвия молчала. Тихо прожёвывая пищу, она вспоминала, как тяжело было Хьюго без отца, как он злился на него и от своей же злости срывался на других. Запирался в комнате после очередной драки с хулиганами и беззвучно плакал от боли, что таилась внутри него.
– Я больше не приезжаю к нему, – произнёс Марк и, сложив руки в замок, продолжил, – Как ты знаешь, отец в моей семье всё за всех решает. Он оборвал связь, запретил мачехе и сестре общаться со мной. Изредка, конечно, мачеха звонит Хьюго, узнать всё ли у меня хорошо. Только вот, почему ему, а не мне? Эта женщина вырастила меня и приняла, как родного сына. Я люблю её, но мне так больно, когда я слышу, как она разговаривает с Хьюго, а не со мной. Каждый раз, когда мой брат хочет передать мне телефон, чтобы я поговорил с ней, она сбрасывает и не отвечает на звонки.
– Его отец ненавидит мою мать и меня, – произнёс Хьюго, заходя в квартиру и присаживаясь рядом с братом, – Он не хотел видеться и говорить со мной, в отличие от моей матери, она очень полюбила Марка и старается поддерживать отношения с нами обоими. Уже второе рождество, мы отмечаем у неё дома.
Эвия молчала слушала своих друзей. Что она чувствует? Тоску? Сожаление? Может ли она посочувствовать им? Девушка нервно перебирает пальцами, пытаясь отыскать внутри себя хоть какие-нибудь чувства, но для неё – это лишь пустота. Где-то через час Марк и Хьюго пошли спать, оставив Эвию сидеть одну на кухне. Тусклый свет торшера падал на стол, за которым сидела девушка и что-то рисовала в небольшом скетчбуке. Тонкие линии проходили полукругом по белому листу и возвращались в начальное положение, небольшая штриховка в центре, с другой стороны, также проходили полукруглые линии. Девушка несколько раз взглянула на подставку для ножей и, собравшись с силами, подошла к ней. Рука потянулась к ножам и резко отстранилась. Эвия попятилась назад и ударилась бедром о тумбу. Она сжала кулак и, подойдя к небольшой тумбе, на которой стояла подставка, высунула оттуда небольшой плоский нож, предназначенный для резки овощей. Несколько секунд девушка смотрела на него и отложила в сторону. Страх, воспоминания, тревога, чувство тошноты, волнение и злость. Она подошла к холодильнику и увидела фотографию Марка и Хьюго, сделанную весной на фоне цветущей вишни.
***
Отец, оставив дочь одну дома, вновь остался у Камиллы на ночь. Девушка вышла из своей комнаты и подошла к ящику, откуда достала небольшой карманный ножик. Положив его в карман, она вышла в прихожую и стала одеваться. Эвия, выйдя на прохладную улицу и сжимая в руке небольшой нож, пошла через тесный переулок. В любую секунду она могла раскрыть его. Ей казалось, что её кто-то преследует. Она была готова достать его и накинуться на человека, который шёл позади неё. Обойдя несколько тёмных кварталов, она вернулась домой и заметила, что отец так и не появлялся. Включив небольшой торшер у окна, Эвия прошла на кухню. Небольшие совместные фотографии Анны, матери и отца висели на холодильнике и где-то в углу находилась единственная фотография Эвии со школьного выпускного. Схватив свою фотографию, она стала разрывать её на части. Девушка подняла красные опухшие от слёз глаза и, разозлившись, схватила ещё одну фотографию, где изображены мать и отец. Она разорвала почти всё, что висело на холодильнике. Опустившись на пол, Эвия всю ночь просидела около разорванных на мелкие части фотографий. Отец вернулся под утро, пройдя на кухню, он заметил свою дочь, среди разорванной на части фотобумаги.
– Совсем свихнулась? Все фотографии разорвала! – мужчина разозлился, его полный ярости взгляд метался по кухне и остановился на мелких обрывках. – Такими темпами, я точно отправлю тебя в психиатрическую больницу.
Эвия достала складной нож из заднего кармана джинсов и раскрыла его, направляя в сторону отца.
– За что? За что ты так ненавидишь меня? – сквозь зубы процедила девушка, подходя к отцу. – Отвечай!
– Опусти, быстро, – разозлившись, произнёс Мэтт. – Хочешь в психбольницу?
Эвия подходила ближе, она замахнулась и схватила руку отца, вкладывая в его ладонь карманный нож.
– Я не могу убить тебя, не хочу опускаться до уровня тех, кто так жестоко убил моих близких, – начала девушка и резко сорвалась на крик. – Я ненавижу тебя! Я хожу к этому херовому психологу, но он ни черта не помогает!
Мужчина опешил, его взгляд метался по лицу дочери, пытаясь понять причину повышения голоса. Мэтт выбросил нож в угол комнаты и направился в прихожую.
