В тот день лил сильный дождь. Холодный и пронизывающий до костей ветер разносил по округе свою грустную песнь. Попрощаться с женщинами пришёл отец Анны, Камилла в качестве друга семьи, Эвия и ещё несколько человек, которые были знакомы с их семьёй. Кто-то тихо плакал, зажимая рот рукой, кто-то, не выражая никаких эмоций, молча стоял над могилами. Среди них были Мэтт и Камилла. Пара стояла вдалеке и почти не смотрела на места, куда собираются опускать два дубовых гроба. Про произошедшее с матерью и бабушкой Мэтт умолчал, пресекая возможность Анны проститься с родными. Эвия одиноко стояла напротив могилы матери, вспоминая её испуганное лицо в тот день. Яркое солнце слепило глаза, заставляя девушку щуриться и вскоре надеть солнцезащитные очки. Она опустошённым взглядом смотрела на взрытую землю, прикрыв глаза, в памяти предстал образ матери и бабушки. Два гроба опускают в ямы и закидывают землёй. Лишённый каких-либо эмоций её взгляд прошёлся по отцу и Камилле, которые тихо о чём-то беседовали. Голова кружилась, девушка чувствовала, что вот-вот упадёт. Эвия опустилась на колени и приложила ладони к чёрной и сырой земле. Она хотела что-то сказать, но молчала. Каждую ночь слышит их невыносимые крики. Они стали ещё оглушительней.
– Поднимайся, – грубо кинул отец. – Поздно оплакивать тех, кого сама же погубила.
Он развернулся и, взяв Камиллу за руку, пошёл к машине. Дрожащими руками девушка сжимает в кулаках сырую землю.
«Ненавижу»
После похорон семья вернулась домой. Отец запер Эвию в комнате и вместе с Камиллой ушёл к себе в спальню. Женщина взяла себе все украшения Элен. Одежда матери летела в пакеты, которые вскоре оказались в мусорном баке. Девушка подошла к своему рабочему столу и взяла из шкафчика канцелярский ножик, разобрав его на части, она взяла в руки острое лезвие. Ладони вспотели от волнения, Эвия поднесла к чистой коже тонкое лезвие. Дверь в комнату распахивается и ударяется о стену. Громкий хлопок напоминает ей о выстреле в тот день. Эвия жмурится и стискивает зубы. Отец подходит к ней и забирает холодное лезвие, которое только прикоснулось к коже.
– Как знал, – произнёс Мэтт и, собрав всю канцелярию со стола Эвии, тут же выбросил её в коридор. – Тяжело, да? Больно? Им тоже тогда было больно!
Дверь захлопывается. В коридоре слышны грубые высказывания в сторону девушки, которая сидит на кровати и ногтями раздирает кожу предплечья. Она истерично кричит и выкрикивает слова ненависти в сторону отца. Только через некоторое время, нотариус передал Эвии завещание бабушки. Нужные бумаги были подписаны, однако она, оставив ключи в комнате Анны, так и не вернулась в дом, где всё произошло…
***
Два дня пролетели для сестёр незаметно. К полудню солнце скрылось за облаками. Вновь пошёл снег. Светло-коричневый дубовый гроб погружают в глубокую яму. Около могилы стояли две женщины. Светлые волосы спадают на лицо, девушка смахивает слёзы и отводит взгляд, стараясь не смотреть на то, как засыпают морозной землёй близкого ей человека. Рядом с девушкой стояла женщина, почти без эмоций, она смотрела на людей около неё. В её руках цветы, она сильно сжимает их, ей хочется, как можно скорее покинуть это место и никогда сюда не возвращаться. Краем глаза, она замечает ещё одного нежданного гостя, которого не должно здесь быть. Около могучего покрытого снежным покровом дерева стояла молодая девушка, её темные волосы растрёпаны от холодного ветра и закрывают лицо. Чёрная куртка совсем не согревала. Гостья, заметив на себе недовольный взгляд женщины, внимательно следила за ней и быстро перевела взгляд на сестру, та поставила цветы в небольшую чёрную вазу и отошла от могилы. Так далеко и отчуждённо. Она здесь лишняя. Не стоило приходить. Девушка недовольно смотрела на свои ноги и ботинком расчищала упавший с кромки дерева снег.
– Эвия, ты пришла, – умиротворённо произнесла Анна, подходя ближе к сестре, стоявшей вдалеке от могилы. – Спасибо.
– Всё закончилось?
– Да, не могу здесь находиться, так тяжело хоронить близких мне людей. Тебе, наверное, было ещё хуже, когда опускали гроб мамы и бабушки…
– Анна, не надо… я не…
– Прости. И зачем я только затронула эту тему, дурочка…
