Девушка сидит на мягком офисном стуле, на столе лежит небольшой холст, на котором уже есть яркие краски. Первая линия, за ней вторая и третья, мелкие штришки и немного краски на кисти. Линия идёт вдоль холста, за ней ещё одна. Красная краска смешивается с чёрной – грязный. Кистью девушка набирает получившийся цвет и аккуратно, почти точечно, проходится по холсту. Светловолосая юница бегает по комнатам, расставляя некоторые предметы по своим местам, в это время её друг возится на кухне с только что приготовленной едой. Девушка смешивает ещё несколько цветов, чтобы получить насыщенный бордовый цвет и, получая его, набирает на ворс. Она подносит кисть к холсту. Мирную идиллию прерывает резкая музыка, стоявшая на телефонном звонке. Рука вздрогнула, оставляя некрасивое яркое пятно на картине. Теперь она испорчена.
– Что? – ошарашено произносит парень, отвечая на телефонный звонок.
Фразы повторяются несколько раз, пытаясь донести их смысл до ответчика. Телефон выскальзывает из рук и громко падает на кафельный пол. Парень смотрит на своих друзей, которые взволнованно подходят к нему. Они наспех собираются и выбегают из квартиры. Время останавливается. Они несутся в больницу, где сейчас их близкий друг борется за жизнь. Трое друзей подбегают к холлу. Медсестра вежливо просит их ждать. Время летит медленно. Секунды, минуты, час, второй, третий.
– С ним всё будет хорошо, – произнесла девушка, приобняв сестру за плечи. – Сегодня ведь такой день. Всё должно быть хорошо!
Немые слёзы скапливаются в уголках глаз. Минутная стрелка медленно переваливается за очередной час. Что дальше? Стрелки часов переваливаются за девять часов. Молодой парень сидит рядом с девушкой и сжимает в руках что-то мелкое и почти незаметное. Подарок, который он так бережно хранит уже пять лет.
– Всё должно быть по-другому, – тихо шепчет парень, обжигающая слеза скатывается по щеке, он смахивает её в сторону и отворачивается от девушек.
Одна из них тыльной стороной ладони вытирает слёзы с щёк. Боится.
Двадцать два часа десять минут. Двадцать два часа двадцать шесть минут. Громкий писк прибора. Ничего не происходит. Доктора действуют оперативно, шаг за шагом, пытаясь спасти жизнь пациенту. Двадцать два часа тридцать две минуты.
– Пациент Хьюго Хиггинс, время смерти двадцать два часа тридцать три минуты…
– Пожалуйста, пусть он выживет, – схватившись руками за голову, шепотом произнесла Эвия. – Пожалуйста, живи, прошу тебя…
Двери автоматически открываются, в холл выходит невысокий мужчина лет шестидесяти. Трое друзей вскакивают со своих мест и подбегают к измученному тяжёлой операцией доктору. Он скорбно осматривает каждого из них и тихо проговаривает: «Примите мои соболезнования. Мне жаль…»
В ушах эхом проносятся слова доктора. Эвия поднимает растерянный взгляд на него, на своего друга и на сестру. Боль. Она вновь пронзает её душу. Ноги, словно вата. Девушка падает на пол. Неудержимые слёзы скатываются по щекам. Прерывистое дыхание учащается, она хватает ртом воздух, который никак не может поступить в лёгкие. Тяжелый полный мучительной боли взгляд поднимается на Марка, на котором совсем нет лица. Он не понимает или не признаёт? Анна, закрыв рот рукой, сдерживает свои эмоции, она смотрит на сестру, которая дрожащими руками дотрагивается до щёк и вытирает с них горькие слёзы.
«Мне жаль, – проносятся слова доктора, – простите…»
Эвия поджимает под себя ноги. Пальцы впиваются в кожу головы и оттягивают длинные волнистые волосы. Девушка скрещивает руки на плечах и сжимает их. Она хочет кричать так, чтобы все слышали, что она вновь проживает в своей жизни. Руки закрывают уши, лишь бы не слышать эти крики и слова. Не получается.
– Нет, – тихо, дрожащим голосом, произносит Эвия, впиваясь ногтями в кожу головы. – Я не могу. Хватит! Хватит! Хватит!
– Эвия, – зовёт сестру Анна, – Эвия!
Эвия мотает головой в разные стороны, закрывая уши, лишь бы не слышать. Снова чёрные и серые тона. Снова боль и кошмары. От этого не уйти.
– Эви, – Анна вновь зовёт сестру.
Девушка касается её ледяной руки, наполненные слезами глаза, смотрят в сторону дверей, откуда вышел доктор.
– Эвия прекрати! Хватит, пожалуйста…
