Я уже подумывал бросить велосипед, и уходить по-пластунски, пшеница высокая шансы был высоки, расстояние между нами неуклонно сокращалось, да и я уставать начал, когда передо мной появилась просёлочная дорога. Выбежав на неё и на ходу вскочив в седло, я приналёг на педали. Дороге бежала немного не в ту сторону, что мне надо, но пока «полуторка» преодолевала поле, из-за кочек и канав она не могла увеличить скорость, я рассчитывал увеличить расстоянии между нами, тогда появиться шанс уйти.
Так и получилась, когда та выехала на дорогу, между нами уже было полтора километра, причём гнал я на максимальной скорости. Да ещё поднявшись на холм, увеличивая скорость, я понёсся вниз, пролетев мимо ехавшей на встречу «полуторки» с погранцами в кузове. Мельком обернувшись, я обнаружил, что грузовик начал разворачиваться, явно собираясь последовать за мной. Похоже, по словесному портрету опознали.
— Идёт охота на волков идёт охота-а! — проорал я и ещё больше приналёг на педали, набрав скорость не менее сорока-сорока пяти километров в час. Ладно хоть на обочине ровно было, иначе убился бы нафиг.
Внизу было видно глубокий овраг и деревянный мост, который как раз пересекала телега набитая беженцами, я их, набравшись опыта, сразу определял, кто есть кто. Мост с обеих сторон моста охраняли красноармейцы. Они конечно удивились, что я несусь на огромной скорости, но их подкупила моя широкая улыбка, мне нравилась скорость и адреналин, что пёр из меня, но пропустили, не пытаясь остановить.
Пролетев по мосту, стуча колёсами по настилу, я сразу за мостом свернул влево. Накатанная дорога шла прямо, тут её не было и мне это было не важно. В общем, по краю оврага стараясь держать темп, я уходил от моста, но он всё же неуклонно падал, высокая трава мешала. Изредка оборачиваясь, я отслеживал все действия преследователей. Погранцы успели развернуться и гнали за мной, на холме появились армейцы и тоже набирая скорость, последовали к мосту. Погранцы видать сильно удивились, когда свернули следом за мной и обнаружили, что меня преследуют не только они, но и армейцы, те тоже свернули с моста влево. Правда те быстро остановились, видно командир понял, что есть кому меня брать, поэтому «полуторка» с армейцами развернулась и, проехав мост, поползла по склону на вершину холма. Обратно к своим двинули видать. И чего им надо было, я же их не трогал?
От погранцов я ушёл так же как и в прошлый раз, скатился в овраг, вернее даже сполз боком, подхватив велосипед, разбрызгивая сапогами воду небольшого ручья, перебрался на противоположную сторону, продравшись сквозь кустарник и толкая велосипед, тут почва неровная была не поездишь, побежал в сторону того леса, который я ранее приметил.
Погранцы оказались на удивление упорными, и ушёл я от них, только когда окончательно стемнело, повернув на девяносто градусов. Потом ещё два часа так же бегом топал по какой-то роще, прошёл её насквозь, чуть не натолкнувшись на немецкую часть стоявшую на отдыхе, во мы даём, пока бегали до передовой добрались, и ушёл в чистое поле. Прямо посередине него, нарвав колосья пшеницы, сделав лежанку, поужинал банкой тушёнкой и тройными галетами. Прополоскав потом рот, не до чистки зубов сейчас, завернулся в плащ-палатку и уснул. Ушёл, это радовало.
