Следующим утром, посетив рынок и пообедав в небольшой столовой, я направился в библиотеку, продолжать работу. Ночевал я не в детском саду как планировал, просто вчера вечером мне приглянулась молоденькая библиотекарша, что заводила на меня учётную карту читателя, и я за несколько часов лёгкими разговорами и улыбками втеревшись ей в доверие умудрился в одном из помещений её соблазнить. Та видимо сама не понимала, как это у меня получилось, а она дала. Потом мы поехали к ней, у девушки была комната в коммуналке, и там продолжили знакомство. А утром расстались. Маша направилась в библиотеку, а я, с трудом скрывая довольную улыбку, ох и поскрипели мы ночью кроватью на радость и зависть соседям, направился на рынок. Нужно было купить подарки Марии. Похоже, та поняла что наделала, я всё же считался ещё ребёнком, ха! вот и нужно её было задобрить и намекнуть что не против дальнейших знакомств.
К сожалению та, отведя меня в то помещение, где я впервые её поцеловал, непреклонным тоном сообщила, что ночь была ошибкой и больше этого не повториться. Но подарок, нашейный шёлковый платок взяла, значит, шанс у меня был. Нужно дать ей время, так как в этой утехе я превзошёл сам себя, и было видно, что поразил девушку. Мужчины у неё видно были, есть с чем сравнивать. Ничего переночую сегодня в детском садике, я себе уже присмотрел один такой, а так, честно говоря, жаль. Одной конфеткой я не наелся после месячного голодания, мне пару недель нужно, чтобы слегка притушить топку страсти. А так, честно говоря, ещё хуже стало. Даже сейчас пишу письмо Сталину, а у меня эротические воспоминания и стоит колом, из-за стола встать не могу.
Несмотря на фантазии, я всё же плотно работал, практически не перерываясь, лишь к обеду ко мне подошла Маша с кипой свежих ещё пахнувших типографной краской газет.
— Саша, вот, как ты просил вся подборка газет на сегодня, — положила она эту кипу на край стола и с интересом осмотрела разбросанные по всему листы бумаги. — Что это?
Посмотрев на рисунок, в который она тыкала пальцем, я пояснил:
— Внешний вид трёх единиц бронетехники, техописание на обратной стороне. Тут рисунки «БМП» «БТР» и «БРДМ».
— А для чего это?
— Книгу о будущем хочу написать, вот готовлю макет книги.
— О-о-о, — протянула та, приоткрыв милый ротик, и распахнув большие прелестные глаза. — Пойду в буфет схожу, чая тебя принесу. Что будешь, конфеты или печенье?
— Кексы, — тут же ответил я. Мне уже удалось их оценить, и я был в восторге.
Искоса посмотрев на ушедшую Машу, та покинула читальный зал, за столом библиотекаря сидела другая женщина, постарше, я приступил к изучению газет. Из шести экземпляров, на пяти было сообщение о том, что произошло вчера в помещении сберкассы, из них на трёх это было на первой полосе. Корреспонденты отлично поработали, сообщив, что даже подростки несут всё, что у них было для помощи воюющим войскам и, мол, даже сам товарищ Калинин взял этот вопрос под свой контроль, пообещав, что эти десять истребителей сделанные на мои деньги обязательно попадут на фронт и на каждом будет дарственная надпись. Так же Калинин просил ставшего известным на весь Советский союз Артура Александрова прибыть по приглашению в Кремль, для получения государственной награды за весомый вклад в развитие государства. Намёк был ясен, но я на него реагировать не собирался. Как я уже говорил встреча с местными представителями власти, меня не интересовала.
А насчёт того что я стал известным на весь Союз, хотя газеты вышли сегодня, так это было правдой и узнал я об этом из этих же газет. Обо мне вчера по радио сообщили, у меня его не было, поэтому и не слышал.
Закончив то, что я на сегодня распланировал, на это ушло около часа, не забыв попить чая со ставшими моими любимыми кексам, я собрался и покинул библиотеку. Вещи я отнёс к себе на склад, там переоделся под простого дворового паренька и, забрав велосипед, босиком с закатанными до колен штанинами покатил в центр города к той самой сберкассе.
