Потому и подняв бокал с вином, салютуя уже ему, спросил, признавая его право стать первым:
— Что я должен сделать?
Прием в честь графини Авинтар и ее сына удался. По-видимому, в связи с узким кругом приглашенных. Были лишь те, кого мы с Олейором считали своей семьей. И можно было счесть это подарком судьбы, что среди них оказалось большинство правителей Лилеи и ялтар Дарианы. Естественно, все с женами или возлюбленными. И я была рада, что последних оказалось немного. Лишь властитель Тахар предпочитал не связывать себя узами брака.
Но и этому было объяснение. Драконы не зря считались однолюбами. И после гибели жены много тысяч лет тому назад, больше ни одна женщина не сумела разбудить в нем похожих чувств.
Разошлись мы уже за полночь. Олейор отправился с Закиралем и Таши, выполняя высказанную в очень вежливой форме просьбу Вилдора разобраться с одним срочным и важным делом. Похоже, кое-кому было нужно, чтобы я пообщалась с Тасей. А отсутствие мужа могло этому только способствовать.
Элильяр ушел с Аароном. Плести свои заговоры. Заполучив такую загадку в свои руки, они просто не могли откладывать ее решение до утра.
Гадриэль, осознав, что во дворце он остался за старшего (меня в расчет, естественно, не брал), стараясь сделать это так, чтобы не бросалось в глаза, увел лорда Саражэля. Исполнять распоряжения нашего дарианского кошмара.
С остальными было все значительно проще: они возвращались по домам.
Ну а я… решила, что по мелочам с Вилдором спорить не стоит. И раз уж он хотел, чтобы я побыла под присмотром Таси, то пусть так и будет. Были у меня определенные подозрения насчет того, чего он хотел этим добиться. Да только убедится в том, насколько я права, так скоро, как бы этого хотелось, вряд ли удастся.
Из даймонов к гостевым покоям нас сопровождал невозмутимый Сэнар с парочкой из моих прежних телохранителей, которые каким-то неведомым мне образом мгновенно признали его право командовать собой. И Айлас в человеческой личине, сделанной столь искусно, что даже мне с трудом удавалось под смуглой кожей разглядеть антрацитовую черноту. Да и воспринимался он хоть и опасным, но человеком. К тому же, без малейшего проблеска магических способностей.
Стоило признать, что бывший ялтар Дарианы проявлял удивительное мастерство во всем, за что брался.
— Вы можете входить.
С уже несколько подзабытым выражением абсолютной безмятежности в глазах пропустил нас внутрь предоставленных Тасе покоев мой бывший тер. Предварительно все проверив. Словно не понимал, насколько это нетривиально смотрится во дворце правителя темных эльфов.
— Благодарю. — Не позволив себе ни малейшего намека на улыбку, ответила я и… захлопнула дверь перед его носом.
Успев перехватить лукавую насмешку во взгляде Айласа.
Думаю, скоро мне будет очень весело.
— Не одной тебе. — Догадавшись по выражению моего лица, о чем я подумала, со смехом заметила Тася.
Одной фразой разбивая тонкую пленочку льда, что разделяла нас. Все-таки, одной ночи на острове было маловато, чтобы стать подругами. Пусть даже до этого мы провели в одном теле больше сорока лет.
— И как ты с ними… — я задумалась, пытаясь подобрать слово, которое бы более точно отражало то, что я хотела узнать.
Сказать: мучилась — можно ненароком обидеть. Не ее — даймонов. Впрочем, обижаться те не умели, а если и умели, то точно не на меня.
Назвать это развлечением язык не поворачивался. Я могла только представлять, какими тяжелыми эти два года были для каждого из них. И не потому, что новая жизнь добавила им трудностей. Уж этого эта четверка никогда не боялась. Просто то, что они оказались вынужденными оставить, было для них дорого. И хотя цель, ради которой все это делалось, того стоила, сложностей это не убавляло.
Но она, словно понимая мои затруднения, ответила сам.
— По-разному. — Она забралась в ближайшее кресло с ногами, подвернув шелк длинного платья под себя.
Ей было проще, она была уже у себя, а мне предстояло еще возвращаться. А пользоваться магией для того, чтобы вернуть одежде приличный вид не хотелось. Олейор ограничил применение магии во дворце, и каждый магический всплеск отслеживался стражей. А исключение из этого правила составляли лишь наши покои, да комнаты, в которых обитали, появляясь у нас, Сашка с Альеной.
— Сначала было тяжело. — Продолжила она, как только я присела на краешек соседнего кресла. — Вилдор был похож на запертого в клетке хищника. Но если бы я не была с ним связана узами, этого даже не ощутила. Настолько крепко он держал свои чувства в узде. Да и со мной ему было не так уютно, как он этого ожидал. Для него эти две тысячи лет были годами изменений, в которых рождался совершенно иной Вилдор, чем тот, который когда-то встретил свою Единственную. И если бы во мне не было того, что он видел в тебе, наш разрыв был бы предопределен. Чем это могло для него закончиться, я даже предугадать не берусь.
— Со своим берсерком он уже давно нашел общий язык. — Попыталась я разрядить начавшее сгущаться напряжение.
