Однако в общем смысле биотехнология включает любые генетические процессы с управляемым влиянием. Так, современное общество дает примеры нескольких типов содержания тревожного ребенка, включая традиционно русское укачивание младенца в подвешенной к потолочной балке избы корзине. Или для ленивых родителей — опаивания малыша маковым отваром. В настоящее время для разных стран, включая Германию и Россию, зафиксированы факты содержания ребенка в ограниченном изолированном пространстве или на привязи, также побои. Если такой ребенок не гибнет от случайных или подстроенных родителями причин, то в условиях двигательной и эмоциональной депривации (лишения) развивается существо особого рода, известное в генетике человека под названием «маугли». В колониальной Индии таких умственно неполноценных детей подкидывали английским миссионерам как воспитанных волками, дав т.о. основу развитой Редьярдом Киплингом легенде.
Значение двигательной и эмоциональной депривации в созревании генома человека столь велико, что оно превышает вклад хронического недоедания в детстве и меняет валовое содержание ДНК в хромосомном наборе на несколько процентов. Тем более велика роль воспитания собственными генетическими родителями, которые дают личный пример взаимодополняющих половых ролей, также методом контрастного воспитания побуждают ребенка к активной социализации конструктивного плана. Подобный контраст наиболее эффективно применялся к детям в позднесоветское время теми, кто одновременно содержал выставочного Большого пуделя и в деталях отработал эту форму биотехнологии на собаке с такой же сложной, как у человека, нелинейной формой социализации. В таком случае даже при родительских ссорах, отчего дети испытывают тяжелый, приводящий к болезням стресс, удавалось воспитывать компенсированного и способного к полноценной социализации ребенка.
На общественном уровне полным аналогом контрастного воспитания стал метод превентивных катастроф. Катастрофы различных форм выполняют для народа ту же роль генетически трансформирующего фактора, которая выпадает на долю стресса в отношении человеческого генома в индивидуальном развитии, а длительные тяжелые стрессы система отвечает депрессией и иммунодефицитом, временные стрессирующие факторы с генетическим эффектом, но без потери социального статуса стимулируют развитие и созревание генетической системы в ее индивидуальной эволюции. Причем иногда стресс вызывает даже в зрелом возрасте некоторый обратный шаг в развитии, т.е. омолаживает организм человека и тем более общества.
Иными словами, наша страна постоянно пребывает в состоянии юности, готовом к любому неожиданному будущему.
Биотехнология «превентивных катастроф» использует возможности молекулярного драйва, т.е. тех же мобильных элементов, неуправляемая активность которых становится причиной гибридного дизгенеза в узком смысле. Изменить генетическую конституцию общества могут в России, например, избирательные политтехнологии. Так, федеральные выборы 2003–2004 годов стали полноценным генетическим оружием, досрочно убившим с помощью открытого PR-расстрела вырождающийся либеральный электорат.
Заметим в контексте данной статьи, что острое противоречие приведенного утверждения со стереотипами либеральных предвыборных программ скорее подчеркивают наш вывод, чем опровергают его. В отличие от стереотипа, исчислимая истина позволяет продолжать цепь рассуждений, не ограничиваясь бездоказательными лозунгами.
У нас получилось, что в России биотехнология активного управления массовым сознанием с помощью превентивных катастроф реализовалась в форме особой формы многоролевой игры с формируемыми ex tempora «абсолютными истинами». При условии активного журналистского освещения в напряженно-конкурентной среде непримиримые направления общественной самореализации сворачиваются в структуру образной проекции будущего. Получается нечто вроде инструмента «памяти о будущем», эволюционно реализованной на основе все того же механизма молекулярного драйва перемещающихся последовательностей в форме иммунной системы теплокровных или системы запасных белков растений.
На общественном уровне такая система дает дополнительные возможности изучения и умозаключений. Повторяем: это такая театральная пьеса, которая идет в форме политического сериала без репетиций и без жесткого разделения социальных ниш — продюсера, режиссера, драматурга, сценариста, актера, зрителя, осветителя. Для системы участников игры получается матрица с коэффициентами по каждой из названных возможностей самореализации. Задается один из семи хронотопов Михаила Бахтина, все остальное имеет сиюминутное разрешение по ходу пьесы. При полной прозрачности каждого из участников общий результат столь же не поддается описанию, как и само будущее.
