Постижение смысла полностью

Поскольку пра-бытие как отвергание за пределами силы и бессилия, тем более, есть острая потребность в понуждению к вниканию в божественность богов и в стражничество-хранительство человека, пра-бытию следует – иначе, чем когда-либо при первом своем начинании – выступить навстречу человеку – не так, что он смог бы как-нибудь потянуть на себя пра-бытие и его истинность – появление противничающих есть только подготовка готовности с едва ли возрастающим содроганием, с которым бездна располагает себя между всем сущим и требует выбора-решения в отношениях между богами и людьми. Встреча-противничание имеет сдерживаемую в себе способность подавать ненавязчивый-незаметный знак; лишь немногие хотят знать, способно ли человечество еще на эту встречу-противничание? Разве отвержение не должно здесь стать еще прежде, предварительно – сдержанным одарением – среди бури поэтических и мыслительных проектов?

Сорвавшаяся с цепи, развязная эффективность-действенность покинутого бытием суще-бытующего еще повсюду пересиливает пра-бытие: сдержанность отвержения, которая поверх всей и всяческой силы и бессилия держит наготове наисвободнейшего выбора незауряднейшего скачка в долгую глубину без-дно-основы.

Сдержанность того отвергания, которое «без-основно» «основывает» его, потому что только она единственно так понуждает к острой нужде поэтящего, мыслительного основания слова, высвечивает Открытое, которое никогда не есть Открытое Пустого, но есть изобилие-полнота, которая невнятно, пожалуй, по меркам и в тисках суще-бытующего, выказывает свои структуры-образования лишь смутной различимости для того, чтобы был сделан выбор в пользу пра-бытия – и в пользу своего собственного воспоминания, которое не делает выцветшим и бледным то, что следует вспомнить, но поднимает наверх в единственности, как свои наиболее острые фуги – различные интерпретации музыкальных тем в их развитии. Структуры-фуги полноты и изобилия, тем не менее, – это Простое из самого малого, которое единственно подобает Сдержанному; эта полнота-изобилие не ведает натиска-напора Разнообразного, но имеет свое Полное из единственно не поддающегося изварщению в Открытом, и это – только концентрирующее свою ширь к своей открытости со-бытования в острой нужде ликования по поводу сделанного выбора между божеством и человекостью. В каковом выборе уже всякий раз начинается история. История есть указание, направляющее в истину пра-бытия – и поэтому воспринимает свою высоту из заката-нисхождения того, что вправе основать Открытое и что позволяет основоположение, совершенное предшественниками.

Поскольку, однако, мыслительское сказывание есть некое отречение-отказ, ему лишь редко удается изречь самую малость из своего существенного слова.

Бытие, до сих пор представлявшее собой некий довесок-добавление к суще-бытующему и затенявшееся им, постигается как без-дно-основы раз-сваивания в с-бытии-со-бытия Вот-Тут-Бытия – к сущению как пространству игры времени выбора между человекостью и божественностью – за и против их сущности и не-сущности-чудовищности. Познание пра-бытия становится первейшей нуждой-потребностью, в которой прабытие высвечивает себя как отвержение-отклонение (той своей сущности) и требует для себя единственности-уникальности, которая может быть достигнута только через прохождение через мгновение истории, сообразное ему – в попытке положить основу истине такой сущности и подготовить суще-бытующему места явления-появления из простоты и тяжести самого себя. Того, что в сущении пра-бытия со-бытует человека дальше – единственно и бездно-основно – в блюдение-хранение истины пра-бытия, никогда не могла бы добиться огромная махинность-махинативность бытия-сущего, потому что она переполняет человека обильными потоками своей собственной отпущенной на волю чудовищности, исключая-удаляя всяческую способность к божественному.

Пра-бытие есть со-бытие (вмиг-своение) истины. Истина есть просвет отвержения-отклонения, которая в отвержении-отклонении и как отвержение-отклонение есть перво-исток, перво-начало – прорыв-надрыв светлого. Со-бытие есть исходящее из первоистока указание человеческой сущности на принадлежность-отнесенность к истине (пра-бытия) и, тем самым, на потребность-нужду в божественности богов.

В со-бытующем рас-своении к со-бытованию-с-бытием возникает спор мира и земли, а из спора только и возникает само спорное спорящих.