– Она попросила кого-то из вас, – закончил за неё папа. – А поскольку Астрид пока ещё слишком мала, чтобы помогать поддерживать в порядке вовсе не маленький дом (а именно четыре этажа плюс чердак), то…
Минула уже почти неделя. И, скажу вам честно, не такими уж плохими оказались эти шесть дней! Конечно, мне приходилось помогать мыть полы и посуду, работать у других людей (не бесплатно, естественно), закупать продукты и зазывать постояльцев в мини-гостиницу, раздавая флаеры, но делать это было интересно. С каждым новым уголком дома или его предметом была связана своя история, которую тётя Урсула с удовольствием рассказывала.
Городок, в котором я очутилась, крайне живописен. Бахарах раскинулся в центре равнины, простирающейся среди зелёных холмов и виноградников, растущих буквально на каждом склоне. На одной из возвышенностей сохранился старинный замок, а на окраине города частично уцелела стена этого когда-то грандиозного сооружения с шестнадцатью башенками, смотрящими в небо уже более шестисот лет. Меня особенно впечатлило любимое место для прогулок тёти Урсулы – окрестности руин капеллы Венеры. Сложно представить, но построена она была здесь аж в XIII веке!
Сам дом был довольно типичным для маленького немецкого городка. Тёмно-красная, даже скорее терракотовая, двускатная черепичная крыша опиралась на кирпичные стены. Справа и слева от входа росли высокие розы, яркие и очень ароматные. Тётя тщательно следила за этими кустами, так что засохших бутонов здесь нельзя было увидеть. За фасадом дома возвышался огромный древний дуб, насчитывающий многие десятки лет…
По соседству на улице было немало не менее красивых фахверковых домов, отличающихся в основном цветом крыш. И все в живых цветах!
Так вот.
Однажды, в особенно серое дождливое утро, по всему дому разнёсся пронзительный звонок у входной двери. Сверху сразу послышались поспешные шаги спускавшегося человека, которые, несомненно, принадлежали тёте Урсуле. Я быстро прекратила мытьё пола, вышла в коридор и встала в тень: мы с тётей договорились, что должны вести себя профессионально. Нетерпеливый звонок в дверь настойчиво повторился. Тётя Урсула почему-то не появлялась, поэтому я быстро сняла фартук с гвоздя рядом с зеркалом, надела желтоватую петлю на плечи и с отрепетированной улыбкой аккуратно открыла дверь. Всё бы хорошо, но я ещё не привыкла, что дверь открывается наружу, поэтому нечаянно ударила человека, стоявшего за ней, прямо в лоб.
– Ой, простите меня, пожалуйста! Я совсем забыла! Давайте я Вам помогу, фрау…
– Фрейлейн, – поправила девушка, потирая наклонённую вниз голову, – фрейлейн Кок.
– Извините, – вдруг фрейлейн Кок подняла голову, и с удивлением я узнала свою подругу. – Беата?!
– Ага! – она слегка улыбалась, и в глазах мелькало озорство. – Мне сказали, что ты здесь будешь!
– Конечно, тебе сказали! – воскликнула я с тем же выражением лица, что и Беата. – Ты тут будешь жить?
– Ой, если бы могла! Но нет, у меня, к счастью, крыша над головой и стены ещё есть.
Я засмеялась.
– Софи, не хочу прерывать нашу болтовню, но я как бы под дождём стою, а.
– Ой, да, прости, прости! – и я быстро впустила гостью. Беата закатила глаза и вошла в коридор в то же время, что и тётя Урсула. Только Беата – с улицы, а тётя – из дальней части дома.
– Беата, что ты здесь делаешь? Да в такую погоду?
– Так… сейчас скажу… Сначала шла по улице, поговорила с почтальоном, потом подошла к дому напротив вашего, постояла с хозяйкой, дала ей шампунь для кошки, который она заказывала, увидела в окне второго этажа «Кози Хауса» китайскую вазу и тётю Урсулу, которая убирала комнату, сложила два и два, пришла проверить свою гипотезу, которая, как я понимаю, подтвердилась.
– Я вижу, ты ни капельки не изменилась! – даже с некоторым уважением в голосе воскликнула тётя Урсула и обняла Беату за плечи. Вдруг её глаза округлились:
– Ты же не остаешься у нас жить? Мы с Софи и так еле-еле всё подтянули, а ты ведь ещё несостоятельная, так что оплачивать твоё проживание придётся мне.
– Я могу жить совершенно бесплатно, коли на то дело пошло.
– Конечно, и кормить тебя камнями и опилками?!
– А, да, я об этом как-то не подумала. Ну, если честно, я просто заскочила сказать привет да пообедать. Ничего более. Дом-то у меня ещё есть, – уже машинально сказала Беата.
«Наверное, её сегодня многие спрашивали про дом. Возможно, у её родителей какие-то проблемы с кредиторами», – подумала я, раскладывая на столе гостевые приборы с серебристыми узорами. Беата всё-таки уговорила тётю Урсулу разрешить ей остаться на обед. Через полчаса, уморённые готовкой и работой по дому, мы все сели за стол, на котором разместились несколько тарелочек с домашними котлетами, две красивые синеватые пиалы с горячими маслянистыми картофелинами и, возвышаясь над всем, стояла большая чаша, доверху наполненная летним салатом.
