В 1611—12гг занявшие Москву «поляки» (на самом же деле другие русские, русские европейцы – русины, литвины да казаки) вызвали панику ордынской элиты, понявшей, что альтернативные паны пришли ей на смену. Земля зашаталась под ногами московитов – отсюда и письма патриарха, и вояжи князей в колонии, где спешно сколачивалось ополчение против законной власти королевича Владислава, и призыв шведов, и попытки перекупить атаманов.
В 1812г снова сдали Москву, пусть с боем. Но абсолютная монархия могла себе такое позволить, ибо метрополией в ней был даже не город, а двор – в СПб.
Партия московской защиты была разыграна еще два раза. Ленин готов был отдать в 1918г немцам (и финнам) Петроград, лишь бы удержать метрополию – Москву.
Фатальность сдачи Москвы понимал и Сталин. Именно потому он пошел на огромный риск, сняв с Дальнего Востока практически все войска, стянув их к Москве и оголив границу с миллионной Квантунской армией. Сталин был готов к утрате любых колоний ради удержания метрополии. Классическая фраза, ставшая частью государственного мифа «Велика Россия, а отступать некуда – позади Москва!» содержит много смыслов. Здесь и то, что размер России не имеет для Москвы особого значения, и подпирающие сзади заградотряды, и семьи бойцов и офицеров – традиционные заложники Москвы и многое другое.
Сам распад СССР в 1991 году был своеобразным бунтом Москвы против президента Горбачева за сброс лишней периферии. Неслучайно этот бунт возглавил Ельцин, в ключевые годы перестройки (1986—87) занимавший должность первого секретаря Московского городского комитета (МГК) КПСС и снятый с нее Горбачевым.
В каждом выросшем в СССР/РФ русском говорит Москва, нас так учили, так растили, так программировали. Помните?
Зададимся простым вопросом: Является ли современная Москва русским центром? Довольно с нас исторических изысков, поговорим о современном, животрепещущем, болезненном и крамольном. Если при Пушкине Москва в пику Петербургу еще сохраняла статус русского консервативного центра, то в СССР этот ее статус инерционен и сомнителен. В РФ с ее многонациональностью как главным политическим принципом Москва растратила остатки русского содержания в считанные годы, попытавшись возместить эти потери казенным православием и спекуляциями на былом. Насколько русское то, что сейчас Москва содержит и вынашивает в себе, а затем транслирует в Россию, внутрь? Наружу Москва выдает картинку защитницы и поборницы интересов русских, сплотившихся вокруг нее. Часть этой картинки россияне видят на ТВ-экране. А что же идет для внутреннего употребления?
Культура и политика, исходящая из Москвы, образ жизни, дискурсы – насколько они русские? Какие вообще русские смыслы хранит и генерирует Москва? Русский мир с вереницей гробов? Третий Рим, обернувшийся Новым Вавилоном? Интересно, что инволюция Москвы как русского центра сопровождалась ростом ненависти к ней в провинции. Многие ездили в столицу в начале 1990-х за мясопродуктами и ширпотребом, пытаясь обойти «карточку москвича». Колбасные поезда из голодных депрессивных городов любви Москве не прибавили. Последняя экономическая экспансия Москвы в Россию (2005—2015), сверхконцентрация ресурсов, власти и средств, показное сверхпотребление и феодальная региональная политика привели к тому, что даже в позднем СССР не так ненавидели Москву, как сейчас ее ненавидит Россия от Махачкалы до Владивостока.
Кризис державности РФ связан с кризисом Москвы как столицы и ее несостоятельностью как русского центра притяжения и ретрансляции. Подспудные центробежные тенденции в РФ сейчас сильнее, чем центростремительные. В этой связи москвацентричные рассуждения о консервативной эволюции, особом пути, культурных императивах, финансовых центрах и прорывных технопроектах, построенные на логике Калиты, видятся анахронизмом. Все эти изменения господа с бородами мыслят происходящими из метрополии – из Москвы. И рамки государства и судьбы русских тоже должны решаться в Москве: что-то отрезать, что-то пришить и т.д., все видится взором московита, кичащегося ханской пайцзой. Даже приближающуюся катастройку наиболее чуткие из них мнят очередным распадом империи и возвращением к началу цикла, к Московии времен Грозного, в худшем случае – того же Калиты. Суть останется прежней, и они начнут снова. Но нужно ли это другим?
