Таиланд — рай на Земле. Еще в прошлый раз я в этом убедилась. Только сейчас все куда красочнее и сочнее, потому что рядом любимый мужчина, и мы каждую минуту проводим вместе. Наслаждаемся друг другом и атмосферой. И так тепло внутри, хорошо и спокойно. Ильюша бегает по песку, плескается в воде и сверкает счастливыми глазками. А Леша, лежа рядом со мной, наглаживает мой все еще плоский живот. Медитативно наглаживает, и явно начитывая какие-то заклинания. У него навязчивая идея поскорее сделать ребенка. Он зациклился и не может дождаться, только если в прошлый раз, когда мы были женаты, Алексеев сводил меня с ума и терроризировал, словно я виновата, то теперь все иначе. И это радует. Перемены в нем с каждым днем все более сильные. Наученные прежними ошибками, мы сглаживаем максимально малейшее непонимание, давя возникающие проблемы, как только те начинают всплывать.
Боюсь сглазить, но за все время нашего воссоединения мы не ругались ни разу. Чуть больше года покоя и размеренности. Сладкой, плавящей страсти и обжигающей любви. Тихое, долгожданное счастье. Наш маленький персональный мир для трех самых близких и родных людей.
— Лин, детка, ты уснула? — Приоткрываю глаза, повернув голову в сторону Леши. Разморенная на солнце, и правда слегка задремала. — Пойдем, посидим в кафе? Начинает подниматься температура, все же уже почти обеденное время.
— Зови Илью, я пока соберу наши вещи. — Потягиваюсь, щурясь. Натягиваю спасительные солнечные очки, жду, когда они подойдут.
Ильюша выглядит как негритенок, вероятно, из-за того, что постоянно плещется в воде и бегает под палящим солнцем. Я же лениво отлеживаюсь в тени, наплевав на насыщенный загар. Просто получаю удовольствие от самого факта совместного отдыха. Всего по паре часов в день отлеживаясь на горячем песке. И то только ради того, чтобы прогреть кости. Полезно ведь.
Шествуем к кафе, заказываем легкие супы и коктейли. Илья грызет принесенные фрукты и загадочно смотрит на отца. Я же начинаю подозревать, что что-то тут неладно. Вгрызаюсь в соломинку и ощущаю живительную прохладу напитка, когда вижу, как Леша, запустив руку в карман шорт, достает бархатную коробочку. А я-то думаю, почему он не идет в воду сегодня? Эвоно как.
— Лин, я долго подводил тебя к этому моменту. Намеками, просьбами, чуть ли не шантажом. Поменял паспорт по твоей прихоти. Скорректировал свой рабочий график, чтобы чаще быть дома. И теперь жду, что ты скажешь. — Нервничает. Улавливаю волнение в его голосе. Вижу практически панику в темных глазах. — Я знаю, что ты не хочешь спешить. И что у тебя фобия к браку после нашей неудачной попытки. И ты боишься, что что-то изменится, едва мы станем законными супругами. Но это не так, малыш. Я люблю тебя, я дорожу нашей семьей и мечтаю провести оставшуюся жизнь вместе. Преград нет. Обстоятельств, мешающих, нет. Просто будь моей полностью, пожалуйста. Это очень важно для меня.
Теперь нервничаю я. Потому что из головы вмиг улетучились все до последней мысли. И так звеняще пусто внутри. Будто последнее дерьмо смыло волной его слов. И наконец я кристально чиста и… и готова.
— Мама-мама, я хочу посмотреть на тебя в красивом платье! Как в фильме! Пожалуйста-пожалуйста! — А вот это запрещенный прием. Он, перестраховываясь, подключил и подговорил сына. Улыбаюсь. Забавно ведь, насколько сильно желание у Леши обладать мной безоговорочно и полностью, и так приятно. Потому что ощущение, что мы сделаем это впервые. И будто не было той пробной провальной попытки создать семью.
И, видимо, я слишком долго радуюсь глубоко внутри и рассматриваю кольцо молча, что Алексеев хоть и сдерживается, но расстроен.
— Оно красивое, — тихо говорю. И дорогое — добавляю про себя. Надеваю на палец, смотрю, как поблескивает драгоценный камень в лучах солнца. Как превосходно оно сидит и смотрится на моей загорелой руке.
— Это да? — И мне даже чуток стыдно, что он сомневается. Думает, что я ломаюсь, набивая себе цену, или тешу самолюбие.
— Боже, конечно да. Неужели ты допускал мысль, что я откажусь?
— Честно? Сомневался, потому что любые разговоры ты пресекала.
— А ты не приходил ко мне с таким шикарным кольцом, — прикрываю один глаз, и расплываюсь в улыбке шире.
— Значит — да? — Теплеет на глазах, лицо словно становится светлее.
— Да, — киваю, кинув один из его любимых соблазнительных взглядов. — Только твою фамилию я брать не буду, — продолжаю тем же тоном, и мы начинаем громко смеяться над комичностью моего условия. И обстановка разряжается. Его рука сжимает мою нежно и трепетно.
— Да пожалуйста, Алексеева Ангелина, я не против.
— Рада стараться Алексеев Алексей. Все для тебя.
— Все для тебя, — спорит с лукавой ухмылкой. — Только для тебя.
