С оглушительным грохотом молния ударила в первого вурдалака и начала перескакивать с одного мертвеца на другого, превращая жадных до свежей плоти чудовищ в дергающиеся от бегающих по ним всполохов фигуры. Несколько мгновений безумной пляски — и вурдалаки медленно осели на землю безжизненными куклами.
Лишь один мертвец, отставший от основной группы и оказавшийся слишком далеко от крайнего «звена цепи» — смог уцелеть. Припав на секунду к земле, он распростерся в длинном прыжке, пытаясь повалить Эрадию на землю и та уже успела распрощаться с жизнью, но в воздухе промелькнуло что-то ярко-синее и сокрушительный удар впечатал монстра в землю, раздробив его кости на мелкие осколки.
Все это случилось настолько быстро и внезапно, что насмерть перепуганная женщина смогла прийти в себя только через несколько мгновений, когда сын подергал её за подол платья и указав куда-то в сторону, тихо спросил.
— Мама, а кто этот дядя?
Рядом с беглецами стоял высокий темноволосый воин, облаченный в потрепанные стальные доспехи. За спиной незнакомца висел мешок с припасами, а на его плече лежал здоровенный и покрытый рунами двуручный молот, чем-то напоминавший оружие паладинов ордена Серебряной Длани. Лицо спасшего женщину человека скрывал капюшон, но на нижней части лица была небольшая, растрепанная борода, которая обычно появлялась у мужчин после долгого путешествия.
Протянув к вздрогнувшей женщине руку, спаситель спросил у неё слегка усталым голосом.
— Вы в порядке?
***
Дым от тихо потрескивающего костра взмывает в ночное небо в обрамлении хоровода алых искр. Никогда не замечал, как красиво это зрелище, когда на небе нет солнца… Есть в нем что-то завораживающее.
— Господин, мы безмерно благодарны вам за вашу щедрость… — Сидящая у костра селянка пытается поклониться, но жестом её перебиваю и покопавшись в мешке, протягиваю измученной женщине небольшой сверток с едой.
— В благодарности нет нужды — я сделал то, что следовало. Если глаза меня не подводят, то вы сильно голодны. Поешьте. Сейчас вам это необходимо.
После того, как Миоун с Менарой взяли остатки нежити из лаборатории и отправились к Черному Порталу, я вышел к землям, которые контролировал маршал Гаритос.
Попасть на Калимдор при помощи порталов я не могу — в экранированной части лаборатории создать пространственный проход просто невозможно, а за её пределами меня бы моментально вычислил Хранитель Магии.
Вдобавок к этому, в данный момент перемещение на соседний континент было… Бессмысленным.
Благодаря своим костяным шпионам я знал примерную ситуацию в лагере противника и пока что у меня была небольшая фора перед Архимондом, который только начал призывать свое демоническое воинство.
Разбитые силы Аспектов уже не являлись столь всесокрушающей силой и прямо сейчас у меня была прекрасная возможность поучаствовать в уничтожении армии вторжения Пылающего Легиона. Хотя наверно правильнее будет сказать — сделать так, чтобы защитники Азерота не проиграли демонам… Раньше того, как Миоун активирует Черный Портал.
Хм… Не могу сказать, что меня хоть сколько-нибудь волнует судьба этого мира, но мне как минимум будет любопытно посмотреть, на что способен Осквернитель как чародей.
Эхо от прибытия этого демона на Азерот я почувствовал даже сквозь барьеры в лаборатории и увидеть наглядную демонстрацию могущества практически богоподобного создания, воплощенного в материальном плане… Редкая возможность даже для меня. Все же при всей накопленной силе, мое могущество по-прежнему остается в пределах рамок смертного чародея.
Ну… Или мне это лишь кажется. Данная планка силы довольно размыта.
Но как бы то ни было, просто так заявиться к той же Праудмур и сказать «Я пришел вам помочь, подкиньте до Калимдора» — я не могу. И для того, чтобы защитники Азерота, а в особенности Драконьи Аспекты, не начали тратить свои силы на мое уничтожение, пришлось прибегнуть к хитрости и перестроить свое тело, придав ему облик, схожий с представителями паладинов ордена Серебряной Длани: эдакий рыцарь средних лет, со взглядом древнего старца и легкой сединой в бороде.
Образ простой, но действенный — в него как раз вписывалась и легкая задумчивость, которая на меня периодически накатывала, и немногословность. Не люблю пустую болтовню.
Для большей достоверности я даже сделал себе здоровенный двуручный молот, который, к слову, получился очень неплохим оружием. Из-за необходимости соблюдать маскировку и опасности обнаружения Малигосом, я не могу использовать магию и по-сути это оружие является своеобразным костылем, через который я могу колдовать без угрозы раскрытия.
Я как бы наполняю руническую кувалду своей силой, а она уже формирует нужную конструкцию и наполняет её полученной энергией.
Мощность заклинаний от этого сильно страдает, но зато данный артефакт фильтрует мою энергию в форсированном режиме и придает ей совершенно нейтральный окрас — даже патриарх Синей Стаи при виде сотворенных при помощи молота заклинаний не заподозрит во мне Грегори Мадаава и решит, что чары создало артефактное оружие.
