— Здравствуйте, кто из вас управляющий Джо? — спросил воин, смотря то на меня, то на Зигфрида, у которого улыбка начала сползать, и выражение лица, еще недавно радостное от встречи, стало сильно настороженным.
— Вижу, ты не только вымахал, но и голос поменял, да, Руфус?
Воин сосредоточился на Зигфриде, к нему уже, спешившись, начал подходить воин немного поменьше, то есть ростом как Зигфрид, а за ним шли остальные солдаты конвоя. И я понял, что дело нечисто. Мысленно дал команду Руху защищать, а остальным раксам приготовиться к бою. Воин, что должен быть Руфусом, обвел нас всех взглядом и остановился на мне. И тут его синие глаза засветились красным, и он заорал!
— Воины Жары, в атаку! — а сам достал свой черный как ночь меч.
Как только он направил на меня оружие, из него вырвался огромный черный демонический череп, который, летя в мою сторону, испускал за собой тьму. Я не успел среагировать, никто не успел, кроме Руха. Тот появился передо мной и закрыл меня своим туловищем.
Со светящимися лапами и жвалами он встретился с заклинанием, и я уже думал, что он его отобьет, но не тут-то было. На моих глазах все тело руха истлело, и от паука осталась только голова со жвалами, а в сторону мага, словно душа, что-то понеслось и впиталось в него.
Было видно, что воин от удовольствия аж зажмурился, но потом его лицо сменилось удивлением, и на нем выступила гримаса боли. Он заорал, неестественный демонический крик разнёсся по округе, и как только ор прекратился, всем открылась его истинная рожа: черные заострённые зубы, черная, как сажа, кожа и полный ненависти взгляд, что был направлен на меня. Но долго смотреть ему не довелось, через мгновение он уже сражался с Зигфридом. Воин, что был рядом, понесся на выручку темному магу, но моментально столкнулся с Аланом.
Личины воинов исчезли, нам отрылось воинство чернокожих бойцов с глазами полными тьмы, и все кинулись на нас. Раксы, встретившие их, к моего удивлению, не имели сильного превосходства, а скорее даже наоборот, постепенно терпели поражение. Но первые потери были не среди воинства, недалеко от нас встретил свою смерть Митяй. Темнокожий воин, появившийся возле того, разрубил его на две части и уже было направился ко мне, как я сообразил активировать купол ветра.
Схватив обалдевшую от происходящего Урсулу, я накрыл нас куполом. Щит не подвел и засветился ровной дымкой, а нашему взору предстала картина боя. Некоторые чернокожие воины атаковали нашу защиту, но на таких я старался направлять раксов, чтобы те их отвлекали. Воинов было больше, к моему величайшему везению, вожак и его помощник были заняты, Зигфрид и Алан пока их сдерживали, но я понимал, что так будет продолжатся недолго.
Тут Алан и воин отпрыгнули друг от друга, и я понял: вот он мой шанс. Я решил, что Стена огня, открытая прямо перед рожей, может неплохо так помочь. Когда чернокожий воин пошел, натягивая на рожу злобную лыбу, в сторону Алана, я, понадеявшись на удачу, направил на него жезл, и где-то через секунду в метре от воина открылась стена. Вспыхнуло неплохо, и половина чернокожего воина моментально покрылась коркой и потрескалась, выпуская наружу кровавые потоки. Сгореть полностью он не успел по причине того, что моментально отпрыгнул в сторону, но шанса очухаться ему не дал Алан. Появившись рядом с ним, он рубанул мечом и разделил его голову на две части.
Но времени отдохнуть Бонвилю не дали, рядом с ним появились остальные воины врага, и сражение возобновилось по новой. Обычные воины хоть и были чрезвычайно сильны, но все-таки не ровня человеку, что почти достиг планки мастера меча, и вскоре противники были повержены. Однако они были не последними, и он опять вступил в бой.
Сеча продолжалась, но недолго, и постепенно я понял, что раксов почти перебили. Каким бы сильным не был Алан Бонвиль, но против трех десятков воинов он не справится, и тут я решил позвать муравьев, те были недалеко, метрах в семистах. Кинув им зов в надежде, что они услышат, я принялся ждать. Спустя секунда двадцать полчища насекомых явились, с писком и криком они кидались на противников, стараясь задавить их массой, но враг был не простой, требовалось не меньше двадцати муравьев, чтобы убить одного воина.
Они махали шашками так, что налетавший на них муравей разлетался во все стороны как дерьмо, брошенное на вентилятор. Но так как муравьев было много, постепенно они всё-таки одерживали верх, в основном, конечно, благодаря Алану. Тот ловил момент и наносил смертельный урон.
Так получилось, что противники смогли перебить не только раксов, но и муравьев, и, когда в живых остались три чернокожих воина, они накинулись на Бонвиля, стараясь зарубить. С трудом Алан смог одолеть воинов, но и сам был ранен. А когда с последним врагом было покончено, и я уже думал, что мы победили, перевел взгляд на то место, где бился Зигфрид.
