А смотря на регулярно конвульсивно подергивающегося Марка, Тиберий смирился с тем, что разума сына больше нет. И принял решение, что тело Марка и будет сосудом для возвращения Аврелиана. Слуги покинули опочивальню раненого легата. В просторной комнате остался патриарх и его сын. Тиберий поднялся на ноги, подошел к лежавшему Марку и вытянул над сыном руки. Спустя несколько секунд его руки загорелись, красные языки пламени вырывались над раскрытыми ладонями мужчины. С каждым мгновением пламени вырывалось все больше. Когда пламя, вырывающееся с обеих ладоней, соприкоснулось между собой, от образовавшегося огненного шара в тело Марка ударил поток, выжигающий прежнюю душу, а на ее место встроилась душа Аврелиана.
Как только действия ритуала завершились, вместе с силой, что способствует воскрешению, Тиберия покинули и знания, как их применять. Они появятся у Аврелиана, как только он проснется, вместе с силой награждать меткой. Огонь, появившийся из ниоткуда, туда же и исчез, не оставив после себя видимых повреждений.
Тиберий посмотрел на сына и сразу заметил, что шрамы на лице и глубокий рубец, проходящий по голове, исчез, а вместо него осталась лишь одна гладкая кожа. Правда сыну придётся подстричься налысо, так как лысая плешь по центру головы выглядела малоприятно. Но это меньшая из проблем. Молча смотря на сына, мужчина простоял минут двадцать. Тревоги не было, Тиберий знал, что ритуал сработает, но не знал, спустя какое время. Прождав двадцать минут, уже хотел уходить, но заметил, как веки Аврелиана начали подергиваться. А потом сын подорвался с кровати и закричал:
— Предатель!
Лицо Аврелиана исказилось в гневе, глаза искали Марка, но вместо поляны с монстром и предавшего его брата он увидел знакомые палаты во дворце отца и его самого.
— Отец, Марк предал меня! Когда я сражался с тварью, он ударил меня в спину! Скажи мне, где эта тварь и я вырву из него душу! — чуть ли не рыча, проговорил его сын и уже начал вставать, но, ухватившись рукой за одеяло, замер.
Ничего не говоря, Аврелиан медленно, деталь за деталью, стал рассматривать сначала кисти рук, потом дошел до локтей, потом откинув покрывало, осмотрел, как он понял, не свое тело. Посмотрев на грудь, он увидел столько похожую, но все-таки другую, рунную вязь, создающую в себе пять печатей. У его почившего младшего брата Ауреона было три печати, у него самого было семь, у отца было десять. А человеком, у которого было пять, был Марк.
Глядя на пять рунных печатей, он окончательно убедился, в чьем теле он находится. Еще немного рассмотрев тело брата, нет, уже его тело, Аврелиан перевел взгляд с себя на отца и спросил:
— Как это произошло?
Тиберий рассказал своему сыну все: от того момента, как тело Марка, притащили спасшиеся воины, до схватки с тварью и последующем вторжении демонов. Аврелиан молча слушал и переваривал слова отца. Характер воина и стальная воля моментально привели Аврелиана в готовность, и он уже, как легат десятого, а точнее, сейчас уже шестого легиона, думал о тех указаниях, которые нужно дать, как только он выйдет из этих палат. Но сейчас нужно было узнать волю отца.
— Что прикажешь делать, отец?
— Демоны разложения вторглись в наш мир. В местах своего присутствия они буду оставлять очаги заразы, которую нужно выжечь. Через несколько часов начнут прибывать все военачальники и знать нашей провинции. Также разосланы вести о приведении в боевую готовность двоих легионов, расквартированных на нашей территории. Их командиры уже организовали войска и движутся навстречу тварям. Также была послана весть императору и в магический триумвират. Те тоже в скором времени должны дать свой ответ. Но пока тишина.
— Тебе же, сын, нужно организовать руководство легионами, так как с полчищем тварей они еще не имели дел. Твое появление перед ними вдохновит воинов, придав им былую уверенность в своих силах.
— Отец, я не подведу! — вытянувшись по стойке смирно, сказал Аврелиан.
— Я не сомневаюсь! Приведи себя в надлежащий вид, и родовые доспехи тебя ждут, хотел подарить тебе при передаче власти, но сейчас на поле боя она будут более уместны, чем в сокровищнице. Так же возьми их.
— Понял тебя, отец, благодарю за доверие, — сказал Авреалиан, поняв, какой чести был удостоен.
— Иди, через два часа в большом церемониальном зале жду тебя. Нужно показать, что Сила Рода феникса еще с ним, и нас не сломить!
Приняв ванную, отказавшись от предложенных ласк рабынь, Аврелиан направился в сокровищницу. Спустившись на третий подземный этаж, четыре раза подтвердив свою личность на ритуальных артефактных камнях, достигнув в одном из поворотов тупика, он остановился. В тупике на одной из стен, на всю ее ширину, был изображен красный феникс. С виду обычная каменная кладка, но феникс на ней был магическим непробиваемым барьером, надежно веками защищавшим то, что было укрыто в сокровищнице.