Поступь Тьмы (СИ) полностью

Лагерь готовился ко сну. Часовые становились на ночные посты, костры постепенно гасли, солдаты заканчивали чистку амуниции и укладывались в спальных мешках на земле вокруг костров.

Лес, вокруг лагеря был полон звуков. Пение ночных птиц, уханье сов ил стрёкот местных насекомых, вышедших на ночной промысел.

Эта ночь будет тёмной. Луну, освещающую местность, постепенно закрывали облака, и в скором времени видимость должна будет упасть. Маги, участвующие в походе, обещали выставить свою охранную сеть, но пока никаких движений с их стороны замечено не было. Впрочем, никто и не ожидал иного — большей частью, они представляли собой спесивых заносчивых личностей, тыкающих своими способностями во всех и каждого.

Олрейн, капрал одного из десятков союзной армии, стал на пост первым. Его пятёрка охраняла именно тот участок периметра, что больше всего беспокоил воина. Сегодня он нервничал. Интуиция, развившаяся за полтора десятка лет службы, требовала бежать из лагеря пока не поздно, но дисциплина брала своё, и воин продолжал вглядываться в постепенно сгущающуюся темноту.

— Ол! — раздалось сзади.

Обернувшись, капрал увидел сержанта и лейтенанта, сидящих возле ближнего костра. Сержант помахал рукой и крикнул часовому:

— Ол, ты чего сегодня перепуганный?

— У поваров спроси! Мне и самому интересно чего они намешали в свою бурду, что меня до сих пор пугают воспоминания об ужине!

Раздался дружный смех, подхваченный несколькими ещё не спящими солдатами и офицерами. Впрочем, хохот быстро стих — после изматывающего дневного марша все были уставшими и быстро засыпали.

Сержант встал со своего насеста и направился капралу. Несмотря на кажущуюся весёлость, ему тоже было не по себе. Армии предстояло воевать со страной, в распоряжении которой было а четыре десятка самых разных школ тёмной и светлой магии, большая часть которых, в случае поражения Рейнхауза, отправится на костёр. И все они гарантированно при таком раскладе выступят на стороне регулярной армии этого небольшого государства… Мало кому понравится перспектива получить такого противника.

Впрочем, правители, решившие устроить показательный захват Рейнхауза, были спокойны. Союзная армия большая, магии жрецы идут в её составе и обеспечат поддержку… Но на душе у воинов было не спокойно.

Подойдя к капралу, сержант стал рядом и спросил:

— Как думаешь, сегодня будет нападение?

— Не знаю, но надеюсь, что нет…

— Я тоже. Но… Мы идём воевать со страной пригревших тёмных… А эти отродья тьмы чести не знают… Хуже душегубов…

— В любом случае, надо готовиться к тому, что на нас нападут. В лесу слишком тихо. Так быть не должно!

— Я о том же. Как бы в местных зарослях не прятались их убийцы… Вампиры, например. Им ночь — самое то. Ночные охотники… Это они себя так называют…

— А ты откуда знаешь? — заинтересовался капрал, не ожиавший от благочестивого сержанта, каждое воскресенье ходящего в храм, таких познаний.

— Ещё прошлой зимой удалось одного выловить… Сильный был… Сущий демон! Половину десятка положил одними клинками!

— И?

— С нами маг был. Он его скрутил. Мы и устроили ему допрос. Так этот клыкастый мерзавец долго не ломался. Мы, пока разговорили его, сами потом изошли и недели две потратили. А когда он говорить начал… Это надо было послушать — у нас в роте никто так матюгаться не умеет! Мы много новых слов узнали. Да и выражений…

— Ну а дальше?

— Дальше… Короче, по делу мы от него толком ничего и не узнали. По мелочи всё… Пока пытали, он сильно ослаб. Да и кровью истёк… А мы ж ему крови не давали, чтобы силы не набрал и не убёг… Вот и помер он…

— Интересно… — пробормотал Олрейн, невольно проникшись уважением к стойкости неведомого ему вампира.

Впрочем, долго сержант не разглагольствовал — усталость и выпитое с лейтенантом вино быстро отправили его в сонное царство.

Когда Сержант ушёл, Олрейн вздохнул. Прошедший разговор несколько развеял тревогу, но теперь, оставшись один, о вновь начал ощущать приближение чего-то нехорошего. Тишина в лесу — нонсенс, тишина в ночном лесу — ещё больший нонсенс. Кроме того, беспокоил ещё один немаловажный факт — за всё время движения армии их ни разу не атаковали. Складывалось впечатление, что король Рейнхауза вдруг решил просто запереть ворота и ждать пока враг сам уйдёт… Это было неправильно. Совсем неправильно. Имея в своём распоряжении магов, он вполне мог попытаться ослабить армию атаками из леса силами своих тёмных… Но этого не происходило. На короля Рейнхауза, известного на весь континент умом и изощрённостью в политических играх, это было точно не похоже.

Когда луна окончательно скрылась за тучами, Олрейну стало страшно. Темнота, сгустившаяся вокруг, начинала давить. Страх волнами накатывал на воина. Сейчас он жалел, что пятёрка его подчинённых была раскидана по периметру — сейчас лучше бы построить ёжик и стоять так, закрывшись щитами и ощетинившись мечами и копьями…