— Вот видишь, дорогая, люди всегда делают то, что им велят. — звонко рассмеялась Лахесис.
Стражники под локти вывели девушку наружу и затворили калитку.
— Между прочим, я очень злопамятна, хотя и отходчива. — произнесла Лахесис, с деланным равнодушием разглядывая ногти. — Не хотелось бы портить твоё личико — дракон предпочитает симпатичную еду, но поучить тебя уму-разуму всё же придётся…
Всё-таки в её положении были и положительные моменты: впервые за эти дни удалось вымыться и нормально поесть. Хотя рёбра ещё болели после «науки», в целом всё было не так уж плохо (если не принимать во внимание грядущую встречу с драконом, мысль о котором уже стала навязчивой).
Её поместили в одной из комнат замка, обставленной довольно уютно: возле окна стояла большая кровать с балдахином, рядом трюмо, посередине комнаты — обеденный стол и несколько стульев. Узкие стрельчатые окна закрывали решётки, но сквозь них как на ладони был виден весь город. Пол устилал мягкий ковер с изображением дракона. В общих чертах ящер был именно такой, каким его представляли в сказках, хотя он походил и на азиатского и на европейского дракона: у него было длинной тело, покрытое золотой и красной чешуей, вытянутая как у варана голова с двумя шипами на макушке, хвост, заканчивавшийся лезвиеобразной пластиной, и чешуйчатые крылья. По вышивке на ковре сложно было судить о размерах ящера, но тут уж включалась собственная фантазия девушки, не привыкшая мелочиться.
Вечером Кира уснула почти мгновенно, а на следующий день её разбудила служанка.
— Доброе утро, госпожа. Меня зовут Эин. Вам пора вставать, уже полдень. — на одном дыании пропела она и лучезарно улыбнулась.
Кира приоткрыла глаза и с раздражением посмотрела на служанку. Девушка стояла рядом с кроватью, чинно сложив руки поверх передника. Её серенькое платье выглядело слишком просто для здешних модниц, вероятно, это была форменная одежда. Также как и дурацкая круглая шляпа с широкими полями, загнутыми по бокам головы.
— Я не госпожа, и я не встану. — Кира натянула одеяло на голову и отвернулась. — В последний день жизни могу я хотя бы выспаться?
— Госпожа, за дверью стоит охранник, и госпожа Лахесис приказала применять силу, если вы станете упрямиться. Мне бы не хотелось, чтобы всё так вышло… — Девушка смущённо улыбнулась.
— Не хочется — не делай, вот мой принцип. Жизнь сразу же становится проще. Очень советую попробовать.
— Госпожа…
— Чтоб тебя… — проворчала Кира, выбираясь из под одеяла. — Чтоб вас всех! Как же вы можете? Ладно, вам нет дела до чужаков, но ведь вы убивали и своих же сограждан!
— Мы вынуждены. — вздохнула Эин, помогая ей надеть халат. — Понимаете, наш город всегда был беззащитен, мы были слишком слабы. Многие люди покидали Сорохгор и уходили в неизвестность, нас становилось всё меньше, и город постепенно умирал. А затем появился дракон. Наш мэр, отец госпожи Лахесис, сумел с ним договориться…
— И когда же сей роковой день? — спросила Кира, мысленно попытавшись представить человека, способного договориться с драконом. — Да ладно, будет лучше, если ты скажешь, может, я хотя бы морально подготовлюсь.
Служанка, мучимая сомнениями, отвела глаза, но всё же кивнула.
— Через три дня, на рассвете. Но вы не переживайте! — поспешно добавила она. — Зато в эти три дня все ваши прихоти будут исполняться, вы станете жить как королева: если вы захотите чего-нибудь, достаточно будет подергать вот за тот шнурок, и я сразу приду.
— Ага, три дня… — пробормотала Кира. Она подняла голову. — А что, если я захочу погулять по дворцу?
Эин смущённо покачала головой.
— Нет, только в пределах этой комнаты…
— И это — жизнь королевы, по-твоему!? — взорвалась Кира. — И что я здесь могу? Объедаться сладостями и танцевать кан-кан?
Служанка с несчастным видом опустила руки.
— Сегодня придёт портной, — осторожно произнесла она, опасаясь вызвать ещё одну вспышку негодования, — чтобы снять мерки. И ещё парикмахер, ему нужно будет подумать, что сделать с вашими волосами…
— А что не так с моими волосами?
— Они слишком короткие… — стушевалась Эин. — Довольно сложно будет придумать прическу…
— Знаешь, а вот меня это ни сколько не трогает. — задушевно произнесла Кира. — Вот ни сколечко! Мне всё равно, как я буду выглядеть, когда меня станет жрать дракон!
— Госпожа…
— Я не госпожа! — истерически выкрикнула Кира. — Я аперитив для ящерицы!
Эин испуганно и виновато сжалась и выскользнула из комнаты.
— И чтоб никто не появлялся! — крикнула ей вдогонку Кира.
Как только дверь за служанкой захлопнулась, она упала на кровать и громко расплакалась.
Впервые за всё время пребывания в Сомногаре у неё случилась истерика, чему Кира даже обрадовалась, когда наконец немного успокоилась. Как ни странно (а может, ничего странного в этом и не было), но ей полегчало, вернулась способность здраво мыслить, и девушка занялась разработкой плана побега.
