— Рад, что дурное предчувствие не у меня одного. — жизнерадостно улыбнулся вор.
На губах убийцы заиграла азартная улыбка, он постучал, и они вошли.
Кабинет ярко освещали лампы, вдоль стен стояли книжные шкафы, на полу лежал мягкий ковер, а в углу, под картиной с изображением толстой лошади на охапке сена, красовался глобус. Спиной к окну и закинув ноги на стол, сидел человек. Если бы требовалось описать его одним словом, то этим словом, без преувеличений, стало бы «клоун»: лицо человека толстым слоем покрывали белила, над веками синели тени, а губы вызывающе горели ярко-малиновым цветом. Он был в чёрном цилиндре, фиолетовых штанах и тёмно-зелёном фраке поверх голубой рубашки. Из башмаков с золотыми пряжками выглядывали носки разного цвета. В комнате Ивори был не один: пятеро охранников, похожих друг на друга как братья-близнецы, стояли вокруг с непроницаемыми лицами, напрочь лишёнными отражения каких-либо мыслей.
— Ты Ивори? — спросил Такере.
— Всё верно, господа! Вы меня искали — так вот он я! Чего же вам надобно?
— У нас для тебя посылка из Авонмора.
Клауд вынул из поясной сумки трубку и продемонстрировал Ивори. У того вспыхнули глаза, и подведённые чёрным углём брови поползли вверх.
— О! Великолепно! — Он молниеносно вскочил из-за стола и подбежал к вору. — Подзадержались вы, однако… Но футляр не вскрывали, я надеюсь?
— Конечно нет. — уверенно солгал Клауд, ненавязчиво отстраняясь. — А вы не забыли о второй части оплаты?
— Да, конечно. — Человечек бросился к столу и начал рыться в ящиках. — Деловые люди, верно?.. — хихикнул он.
Выражение лица чудаковатого владельца магазина менялось каждую секунду.
— Сейчас поглядим, что у нас тут… — пробормотал он, выдвигая ящики один за другим. Наконец он отыскал чёрный бархатный мешочек и выложил на стол два камня.
— Можете проверить, господа. — предложил он. — Но не обессудьте, я тоже желал бы проверить, за что плачу.
Он улыбнулся широкой добродушной улыбкой, но охранники, будто невзначай, придвинулись ближе. Клауд отдал футляр и левой рукой взял со стола камни.
— Вот, это она!
Кира с любопытством повернулась на крик и увидела человека в мундире городского стражника, указывавшего на неё. На всякий случай девушка посмотрела через плечо, но за спиной никого не было. Обращались определённо к ней.
— Да что же я на этот раз сделала!? — простонала Кира, развернулась на пятках и припустила по улице.
В том, что её догонят, она не сомневалась, но и стоять как истукан и ожидать, пока тебя схватят, противоречило её жизненной позиции.
Метров через сто её сбили с ног. Падать на каменную мостовую оказалось больно.
— Чтоб вас!
Кира перевернулась на спину и в отместку пнула склонившегося стражника. Удар вышел как нельзя более удачным, стражник выпучил глаза и, грязно ругаясь, согнулся, рядом. Его товарищ заставил девушку вытянуть руки и защёлкнул кандалы.
— Я тебя!…да ты…и…! — сквозь зубы ругался первый, не предпринимая, однако, попыток встать и выполнить угрозы.
Напарник «раненного» прятал глумливую улыбку в бороде и мстить за товарища не спешил.
— Зря ты его так. — пожурил он девушку. — Он у нас злопамятный.
— Что я вам сделала? — поинтересовалась Кира.
— Не нам. — поправил стражник. — Ты устроила беспорядки на рынке, по твоей вине многие добропорядочные торговцы понесли убытки. Тебе придётся заплатить штраф, или тебя отправят в тюрьму.
— И сколько я должна? — с безнадёжностью в голосе уточнила Кира.
— Десять слитков серебра.
— У меня столько нет.
— Да мы и не сомневались. — заверил её стражник, подтолкнув в сторону крытого экипажа с решётками на окошках.
Девушку заперли внутри, потом бородач помог напарнику вскарабкаться на место кучера, и тюремная повозка покатилась по улице. Выглянув в окно, Кира с тоской провожала уплывающую вывеску магазина. Было ещё не поздно окликнуть стражника и попросить поговорить с её друзьями, но она понятия не имела, что происходит в магазине, и вполне вероятно, что компания стражников могла повредить Клауду и Такере. Кроме того, она «оказала сопротивление при аресте», и простым штрафом отделаться уже никак не получалось.
Экипаж остановился чуть не на другом конце города, перед внушительных размеров зданием мрачного серого цвета. Стены украшали декоративные колонны с барельефами в виде жутких морд, на первом этаже окна закрывали прочные кованые прутья. Бородатый стражник открыл дверцы, и Кира вылезла наружу, стараясь лишний раз ни к чему не прикасаться: повозку последний раз мыли, должно быть, в прошлом веке.
— Условия для заключённых у вас бесчеловечные!
Бородач заржал, словно услышал жутко смешную шутку, а отсмеявшись доверительно похлопал девушку по плечу:
— Ты ещё камер не видела! — «успокоил» он её.
— Лучше бы и не видеть… — пробормотала Кира себе под нос, начиная потихоньку паниковать.
В просторном холле на первом этаже было светло и празднично, под потолком висели бардовые стяги с изображением меча и щита, пол выложен мелкой плиткой. Вдоль стен стояли несколько женщин, из бедных, если судить по одежде и безрадостным взглядам. Некоторые держали в руках узелки или корзинки.
