На долю Саймона Фаррингтона выпало сразу два сложных поручения: найти наследницу своего умирающего деда, чтобы передать ей бесценную фамильную реликвию, и узнать, нет ли любовницы у мужа его сестры. Неожиданно оказалось, что в обоих случаях речь идет об одной и той же женщине – Шарлоте Кристи. И надо же было такому случиться, что он влюбился в нее с первого взгляда!
Подойдя к двери, Руди уже поднял руку, чтобы постучать, но вдруг услышал голос своего сводного брата и замер.
– Итак, скажи, что же ты хочешь, чтобы я сделал? – спрашивал Саймон в комнате.
– Я хочу, чтобы ты попытался найти Марию Белл-Фаррингтон, мою сестру, – послышался голос сэра Найджела.
– Но ведь она давно уже умерла.
– У меня было две сестры: Мара и Мария. Близнецы. Родились они в тысяча девятьсот двадцать девятом году – мне тогда и четырех лет не было, – так что Марии сейчас должно быть за семьдесят, если она жива…
Руди так заинтересовал разговор в комнате, что он решил остаться под дверью и послушать.
– Последний раз я видел ее в ноябре сорок шестого года. Ей тогда было семнадцать, и она забеременела, будучи незамужней. Несмотря на весьма трудное финансовое положение, она отказалась назвать имя отца будущего ребенка и после тяжелой ссоры с семьей, куда-то уехала. Родители, что называется, умыли руки, и с тех пор ее имя не упоминалось в нашей семье. Как будто ее и не существовало. Но в марте сорок седьмого она тайно написала мне, рассказав, что родила девочку. Обратного адреса не дала, но письмо, судя по штемпелю, пришло из Лондона, из района Уайтчепел. Я собрал столько денег, сколько мог – ведь я был еще студентом, – и стал ждать в надежде, что она снова свяжется со мной, но этого не произошло. После смерти родителей я пару раз предпринимал попытки разыскать ее, но безуспешно. Конечно, мне следовало продолжать поиски, но отвлекли дела, сам понимаешь, да и казалось, что у меня еще вся жизнь впереди. Каждый ведь думает, что он бессмертен. Но, увы, мой лечащий врач с этим совершенно не согласен. Его приговор – три месяца жизни, и то в лучшем случае. Именно поэтому так важно найти Марию или ее наследницу.
– Ты можешь объяснить, почему? – спросил Саймон.
– Конечно, мой мальчик, – заверил внука сэр Найджел. – Тебе это действительно необходимо знать. В моем сейфе, код его ты знаешь, лежит кожаная коробочка, а в ней – колье с драгоценным камнем, известным под названием «Бриллиант Карлотты». Когда-то в начале пятнадцатого столетия его подарил Карлотте Белл-Фаррингтон один знатный итальянский господин, который был безумно в нее влюблен. На протяжении нескольких поколений этот камень передавался по наследству старшей женщине нашей семьи. После смерти Мары бриллиант по праву должен был достаться Марии, а потом – ее дочери. Справедливость должна быть восстановлена до моей смерти, вот почему я надеюсь, что ты разыщешь наследницу.
– Разумеется, я приложу все усилия! Но… сейчас я по горло занят делами с моим американским партнером и завтра улетаю в Нью-Йорк. Если ты скажешь, попробую найти себе замену…
– Нет, нет… Переговоры – вещь серьезная, и твой бизнес не должен страдать из-за меня.
– В таком случае, чтобы не терять время, я найму частного детектива, и он немедленно начнет поиски Конечно, их нужно проводить в условиях строжайшей секретности, – сказал Саймон.
– Совершенно верно, мой мальчик. Ни слова ни единой душе, – предостерег сэр Найджел.
– Даже Люси?
– Даже Люси. Во-первых, мне бы не хотелось, чтобы об этом узнал Руди, а во-вторых, у нее есть приятель-журналист. Будет ужасно, если эта история попадет в колонки новостей и станет всем известна. Эти ребята имеют привычку раздувать из мухи слона. А кроме того, бриллиант Карлотты бесценен, так что не стоит рисковать, афишируя эту драгоценность широкой публике.
Повисла пауза, а потом Саймон задумчиво произнес:
– Прошло слишком много времени, поэтому вполне вероятно, что Мария изменила имя или фамилию. Однако сейчас, в наш компьютерный век…
– Доброе утро, мистер Брэдшоу, – раздался за спиной Руди громкий женский голос. – Уже уходите?
