Среди знакомых и экономических партнеров Потемкина было большое количество людей еврейского происхождения: крещеных и некрещеных, интеллигентов и коммерсантов. Один из них — Нота Хаймович Ноткин, крупный предприниматель и общественный деятель — стал даже в некотором роде идейным продолжателем политики Потемкина в деле привлечения новых поселенцев в южные губернии России. В конце 1790-х гг. в одной из своих записок-проектов Ноткин предложил переселить «евреев колониями на плодородные степи для размножения там овец, земледелия и прочего», а также завести «по близости черноморских портов» фабрики, «на которых мастеровые люди были бы обучены из сего народа». Спустя несколько лет, уже после смерти Потемкина, идеей предпринимателя о поселении евреев на пустующих казенных землях воспользовался сенатор-поэт Г.Р. Державин, по поручению императора Павла I занявшийся решением еврейского вопроса в государстве. Позднее, уже при внуке Екатерины Великой Александре I, первое «Положение о евреях» от 9 декабря 1804 г. юридически зафиксировало образование в среде еврейского населения класса земледельцев, что дало новый толчок начавшейся в 1807–1809 гг. еврейской земледельческой колонизации в Херсонскую губернию.
В июле 1785 г. был опубликован манифест Екатерины II, приглашавший в Россию иностранных колонистов. Он продолжил политику государства по привлечению зарубежной трудовой силы, начало которой положил манифест-призыв 1764 г. Потемкин обратился к императрице с просьбой дать указания министрам, находящимся при иностранных дворах, опубликовать в газетах за границей объявления о приглашении иностранцев в Тавриду; особо он просил «напечатать о том, что все таковые поселенцы будут иметь все выгоды и преимущества, которыми пользуются в наместничестве Екатеринославском». Этот призыв встретил живой интерес за рубежом у различных слоев населения, по тем или иным причинам недовольных своим положением. К ним относились, в частности, ремесленники и торговцы города Данцига (Гданьска). Вместе с первой партией данцигских колонистов в Россию явились депутаты от данцигских меннонитов. Меннонитами назывались сектанты-анабаптисты голландского происхождения, известные как образцовые земледельцы. Депутаты изложили свои просьбы Г.А. Потемкину и получили от него согласие на предоставление им ряда льгот. Они просили беспрепятственного и свободного богослужения, 10-летнего освобождения от всех податей, разрешения заводить фабрики в городах и деревнях, «вступать в торговлю и в художескую обществу». Это о них писал русский поверенный в делах в Данциге Семен Соколовский Г.А. Потемкину в 1786 г.: «…с сими переведенцами (меннонитами. —
Колонистов из Западной Европы было не так уж много: корсиканцы, польские евреи, албанцы, поляки, шведы. Пленные шведы были поселены в Екатеринославской губернии, и Г.А. Потемкин особо интересовался, сколько в их числе «офицеров, тоже солдат и ремесленников». Часть из них пожелала возвратиться на родину, и «на исправление им одеяния и обуви» было предписано «употребить до 3 тыс. руб.». Более двухсот человек склонил Потемкин остаться в подданстве России, как он писал, «лучших мореходцев и мастеровых, переженя и по-селя их в шведской колонии на Днепре». В 1783 г. из Царьграда в Херсон были переселены «минорские колонисты», а в 1788 г. к Потемкину обратились «голландские патриоты» с просьбой поселиться в России. Широко практиковалось привлечение на поселение военных, отставленных от албанской команды. Так, например, в 1785 г. 31 человек объявил желание остаться на жительство в городах Крыма в «купеческом промысле». Кроме вышеперечисленных, существовали и более мелкие колонии: одно селение швейцарцев на Днестровском лимане, иозефстальские поселенцы, итальянцы, цыгане, ведущие кочевой образ жизни.
