– Прости, но мне сейчас надо остаться одной… Я знаю, это твое жилище, и я не могу тебя прогонять, но, пожалуйста, умоляю, мне нужно побыть одной…
– Кира, тебе не нужно умолять меня, просто скажи, что нужно, и я выполню твою просьбу,– ответил Райэл, поднимаясь на ноги.
– Я уже сказала!– нетерпеливо бросила я, желая, чтобы он быстрее убрался отсюда.
Райэл озадаченно напряг лоб – между бровей пролегла морщинка, помедлил несколько секунд, а затем исполнил жест прощания и безмолвно удалился.
Глядя ему в след, я опустила ладони на кровать и крепко сжала пальцами покрывало. Такого безысходного чувства вины я еще не испытывала. Он пытался быть вежливым, а в ответ получил отчаянное раздражение и злость, нетерпение и резкость.
Вину подавила слабость во всем теле. Я вновь ощутила головокружение и повалилась на бок. Подняв ноги и подтянув колени к груди, я прикрыла веки и попыталась отпустить все мысли из головы прочь. Но нельзя было оправдать то, что произошло, нервами, усталостью, исправить обычным извинением. Сейчас сон был единственным источником сил и спасением от душевных терзаний.
«Шаола, помоги мне!»– умоляюще попросила я где-то на грани реальности и сна.
И уже уплывая в сон, почувствовала что-то теплое и мокрое на щеке…
«Перед тем как ты пройдешь обряд единения, я должна рассказать тебе то, что не успела»,– оказываясь за спиной, проговорила Шаола.
– Обязательно делать это сейчас? Я спешу, скоро мне нужно выйти полностью готовой, а я не то, чтобы одеться – собраться с мыслями не могу… Кажется, времени много, но эти полчаса пролетят… Нужно одеться, а у меня руки дрожат…
«Лучше, если ты узнаешь об этом до обряда единения. Ты должна быть готова морально».
– Полагаю, мне нужно присесть?– усмехнулась я, всплеснула руками и опустилась на краешек дивана, сложив платье на коленях:– Потому что от всех новостей на Тэсании у меня случается шок.
«С тобой будет все в порядке,– спокойно и уверенно заявила Шаола.– Я лишь расскажу то, что ты должна знать».
«Интригующе!..»
– Ладно. У тебя есть несколько минут.
«Ты знаешь, что тэсанийцы – это потомки кальгонцев?»– встав передо мной, начала Шаола.
– Да, эту историю я знаю.
«Пять тысяч семьсот восемьдесят лет назад на Тэсанию приземлился шаттл. Это был кальгонский шаттл с оставшимися в живых кальгонцами. Они долго искали подходящую планету для жизни. И Тэсания оказалась таким местом. Кальгонцы пролетели около трех тысяч дней. Среди них были старики, молодые и дети».
– А откуда ты об этом знаешь?
«Я присутствовала при их прибытии».
– Как долго ты живешь!– поразилась я.
«Мы живем столько, сколько существует эта планета».
– Серьезно?!
Шаола коротко кивнула, а я откинулась на спинку дивана, усаживаясь удобнее, чувствуя, что история будет долгой и волнующей.
«На Тэсанию прибыло всего тысяча триста пятьдесят четыре кальгонца. Каждый заключал в себе биоэнергию Кальгоны. В твоем понимании – это душа. На тэсанийском языке – это Тэса».
– То есть кальгонская Тэса?– предложила я вариант для названия.
Шаола согласно моргнула, а я сложила ладони на коленях и продолжила сосредоточенно внимать голосу даэгона в голове.
«В процессе адаптации выжило лишь триста восемь кальгонцев, они и стали предками тэсанийцев. У кальгонок стали рождаться здоровые дети уже с тэсанийской биоэнергией – Тэсой».
– Почему не выжили остальные?– с внутренним сочувствием к прошлому этого народа спросила я.
Шаола некоторое время смотрела на меня задумчиво и молчала, но потом продолжила:
«Планета не сразу приняла их. Ты уже знаешь, что на Тэсании никто не может продолжить свой род, кроме тэсанийцев или найденных и подтвержденных Тэс».
– Ладно…
«Среди прибывших было сто семнадцать беременных женщин на разных сроках беременности: кто-то на последнем периоде, кто-то зачал в полете. Но все беременности кальгонок прервались почти сразу после приземления, потому что плод – это еще нестабильная биологическая масса, а Тэса закрепляется только при определенных условиях. Такие условия на Тэсании были резко нарушены. Все женщины лишились не рожденных детей, даже те, которым пришло время рожать…»
– Как страшно,– печально протянула я, представляя весь ужас группы вымирающих людей. Ведь кальгонцы не особо отличались как от тэсанийцев, так и от людей.– А куда ушли их души… кальгонские Тэсы?
«Их Тэсы рассеялись, смешались с общей биоэнергией Тэсании, как и тех трехсот восьми выживших кальгонцев, что умерли по естественным причинам – состарившись. За триста пятьдесят лет, пока не умер последний кальгонец, родилось несколько поколений уже тэсанийцев, которые положили начало развития нового рода, построившего свою цивилизацию, преобразовав кальгонскую культуру в новую – тэсанийскую. Появился тэсанийский род».
– Уже легче,– криво улыбнулась я, но что-то беспокоило в рассказе даэгона.
Голос Шаолы умолк. Она долго молчала, сканируя меня своими агатовыми омутами глаз.
– Мне нужно собираться,– тихо напомнила я.
