– Когда я познакомилась с ним, он был сам по себе, но ближе к концу определенно состоял в подпольной группировке. Клянусь, Джек, я не преувеличиваю. Мне известно, что у той организации, в которой он состоял, была агентурная сеть. По его словам, он занимал высокопоставленное положение, так что ему стоило отдать приказ, и… случались разные вещи. Послушай, – добавила я, когда мы остановились перед домом Амброза. – Мой крестный отец очень старый человек, но пусть это тебя не обманывает: он не растерял ни капли своего глубокого ума. Амброз был и остается умнейшим человеком, которого я знаю.
– Ну что ж, – сказал Джек, разглядывая высокое элегантное здание из красного кирпича со старомодными квадратными окнами. – Должно быть, он очень богат, если владеет домом на такой красивой площади в центре города.
– Ему принадлежит только квартира на первом и цокольном этаже, но ты прав: даже это в наши дни стоит больших денег. Он уже давно приобрел эту квартиру. И еще, Джек…
– Не беспокойся, мама. – Джек с благодушным видом пожал плечами. – Я не буду забывать о манерах.
– Знаю, дорогой. Ну что, заглянем в гости?
Я отперла дверь и вошла в прихожую, отделанную старомодной черно-белой плиткой.
– Амброз? Это Мэри! – объявила я и открыла дверь, ведущую в гостиную.
– Добрый вечер. – Он уже встал со своего любимого кресла, чтобы поприветствовать меня. Я увидела, как его взгляд переместился на Джека, который был в своих обычных шортах, футболке и грязноватых белых кроссовках.
– Кто бы это мог быть? – поинтересовался Амброз.
– Джек Магдугал, сын Мерри. – Джек протянул руку. – Как поживаете? – учтиво спросил он, и я была готова расцеловать его за формальное приветствие, которое, как я знала, точно снищет расположение Амб роза.
– Спасибо, молодой человек, весьма неплохо. Ну, раз уж нас трое, я предлагаю вам обоим расположиться на диване. Мэри, ты не сказала мне, что твой сын приехал с тобой.
– Его здесь не было, когда я приходила в прошлый раз, но он появился, потому что искал меня.
– Понятно, – сказал он. – Итак, кто-нибудь желает выпить? Боюсь, я мало что могу предложить, кроме двух главных продуктов питания в моей жизни: виски и воды. – Амброз посмотрел на часы, стоявшие на каминной полке. – Уже пять вечера, так что я предпочту виски. Твоя мама знает, где находятся бутылка и бокалы, – добавил он, когда Джек встал.
– Я попью воды, если Джек будет любезен принести ее, – сказала я. – Кухня в конце коридора, водопроводная вода отличного качества.
Джек кивнул и вышел из комнаты, а я сходила за бутылкой виски и бокалом.
– Славный юноша, и очень похож на свою мать, – сказал Амброз. – И готов поспорить, женщины млеют от него.
– На самом деле нет, Амброз, хотя он не так уж молод. Я беспокоюсь, что он утвердится в своих холостяцких привычках и не обзаведется семьей.
– А разве ему понравится любая женщина? Или, точнее, его матери? – Амброз приподнял бровь, когда я подала ему виски.
– Возможно, нет. Он совершенно лишен притворства. – Я вздохнула. – Его сердце уже несколько раз разбивалось из-за этого.
– Должен спросить тебя, пока он не вернулся: тебя устраивает наш откровенный разговор в его присутствии?
– Я вынуждена так поступить, Амброз. Я рассказала ему о недавних событиях и объяснила, как это связано с прошлым. Пора раскрыть секреты; я слишком долго жила с ними.
Джек вернулся с двумя стаканами воды, протянул один мне и опустился на диван рядом со мной.
–
–
– Вы ирландец, сэр? – спросил Джек.
– Пожалуйста, называй меня Амброзом. Да, я ирландец. В сущности, если бы я был отрогом традиционной прибрежной скалы, на ней было бы написано «Сделано в Ирландии».
– Но у вас нет традиционного ирландского акцента. Как и у мамы.
– Тебе стоило бы услышать голос твоей мамы, когда она была маленькой девочкой, Джек. У нее был такой глубокий акцент уроженки Западного Корка, какой только можно себе представить. Конечно, я выбил из нее этот акцент, когда она приехала в Дублин.
– Где находится Западный Корк?
– Это графство на юго-западе Ирландии.
– Значит, ты выросла не в Дублине? – обратился ко мне Джек.
– О нет. – Я покачала головой. – Я выросла в сельской глубинке. У нас даже не было электричества, пока мне не исполнилось шесть лет.
– Но ты же не такая старая, мама. Ты родилась в конце сороковых годов, верно?
– В те времена Западный Корк был глухой окраиной, – заметил Амброз.
– Значит, вы хорошо знали мамину семью?
– В некотором смысле, – ответил Амброз, покосившись на меня. – Ты никогда не рассказывала сыну о своем детстве?
– Нет, – призналась я. – И моему мужу, и Мэри-Кэт.
– Можно спросить почему?
– Потому что… как я уже сказала, мне хотелось оставить прошлое за спиной и начать с чистого листа.
– Мне бы очень хотелось узнать побольше, мама, – подбодрил Джек.
