Потерянная сестра полностью

Уже пора было уходить домой, когда Амброз поманил Мерри обратно в кабинет. Она по-прежнему держала на руках хнычущего Пата. Каждый раз, когда она клала его на диван, он начинал реветь, поэтому они никак не могли продолжить чтение.

– Сегодня я почти ненавижу тебя, Пат О’Рейли, – прошептала она ему, шагая в кабинет по коридору.

– Почему бы мне немного не подержать Пата? – предложил Амброз и проворно взял у нее ребенка. Пат моментально прекратил хныкать и уставился в совиные глаза Амброза. – Эта прядка темных волос точно такая же, как у твоего отца.

– Я надеялась, что он будет блондином, как я, чтобы не быть единственной в семье, – сказала Мерри. – Кэти говорит, это потому, что я самая младшая сестра. У Бога закончилась краска, поэтому мои волосы такие светлые.

– У Кэти, определенно, богатое воображение, – хохотнул Амброз. – Послушай, Мерри, ближайшие несколько дней я буду у отца О’Брайена, поэтому мы успеем дочитать «Рождественскую песню». Но пока что…

Он указал на плоский пакет на столе отца О’Брайена, завернутый в ярко-красную бумагу с изображениями Санта-Клауса. Это была настоящая рождественская обертка, а не простая коричневая бумага, которой ее родители пользовались для подарков.

– Ох! Амброз, я…

– Может, откроешь, чтобы твои братья и сестры не стали завидовать?

– Думаешь, можно, пока не пришел Санта?

– Разумеется, поскольку это мой рождественский подарок. Давай садись и открывай его.

Мерри подчинилась, дрожа от волнения и радостного предчувствия, хотя, судя по форме и ощущениям, ее догадка была верной. Она осторожно сняла ленту и обертку, поскольку хотела сохранить их для собственных подарков, с позволения Амброза. Мерри с интересом уперлась взглядом в название книги.

– Какая красивая, Амброз. Спасибо тебе.

– Ты можешь прочитать название?

– Э-э-э… я попробую.

– Пожалуйста.

– «Ми-фы и ле-генды о гре… греческих богах»! – Мерри вопросительно посмотрела на него.

– Превосходная попытка. Это действительно «Мифы и легенды о греческих богах». Мифы и легенды – это те же старинные ирландские истории, которые ты слышала от родителей. Это история о богах, которые давным-давно жили в Греции, на горе Олимп.

Мерри была зачарована обложкой. Она провела пальцами по золотым буквам. На рисунке был изображен мужчина с голой грудью, но у него хотя бы была повязка на бедрах, что придавало ему сходство с Иисусом на кресте. Зато у него были крылья за спиной, которых не было у Иисуса, потому что крылья принадлежали птицам и ангелам.

– Мне нужно домой. Наверное, я оставлю эту книжку здесь вместе с другими моими книгами и буду потихоньку читать ее во время будущих визитов. – Она нежно погладила обложку. – Спасибо, Амброз: это самая красивая книга, какую мне приходилось видеть.

– Я очень рад, Мэри. Счастливого Рождества.

Возвращаясь домой вместе с мамой, Мерри пыталась понять, что Амброз рассказывал ей о Боге. В сущности, ее разум был переполнен новыми идеями, которые предстояло обдумать.

– Ты что-то притихла, Мерри; это не похоже на тебя, – с улыбкой сказала мама. – Думаешь о своих рождественских подарках?

– Я думаю об Амброзе, который сказал, что он не верит в Бога, – выпалила она. – Значит ли это, что он отправится в ад?

– Я… он в самом деле так сказал?

Мерри видела, что мама потрясена.

– Думаю, да, только я не очень поняла.

– Уверена, что он имел в виду что-то другое.

– Я тоже. Амброз – хороший человек, мама, и он всегда так терпелив со мной. – Маме нравилось слово «терпеливый», потому что она постоянно говорила Мерри и Кэти о пользе терпения.

– Да, Мерри, и он был очень добр к тебе, когда учил читать и давал разные книги. Я знакома с мистером Листером с первых дней твоей жизни, и он очень хороший человек. Но помни, что он из Дублина, а в Дублине люди выдумывают очень странные и непривычные вещи. Но я уверена, что он хранит Бога в своем сердце.

– И я тоже, – кивнула Мерри, испытывая облегчение от того, что она сможет продолжать дружбу с Амброзом и не сердить Бога. Кроме того, ей очень хотелось дослушать окончание «Рождественской песни»…

– У милой маленькой Мэри были слезы на глазах, когда она смотрела на книгу. Она ласкала буквы, как будто они были из чистого золота. У меня самого навернулись слезы на глаза, правда, Джеймс.

Джеймс сидел напротив Амброза, баюкая в руках чашку чая, а Амброз пил виски. Это был долгий и трудный день, как всегда бывало в канун Рождества, и Джеймсу еще предстояло отслужить полуночную мессу. У него уже отяжелел живот от рождественских лакомств, наперебой предлагаемых добрыми прихожанами, он считал себя обязанным принимать эти дары с благодарностью и восхищаться замечательным вкусом.

– Все ли в порядке в семействе О’Рейли? – спросил Амброз. – После рассказа Мерри у меня создалось отчетливое впечатление, что ее родители далеко не счастливы. А ее бедная мать выглядит слишком худой и чрезвычайно изможденной.