– В траншеях мы делали то же самое. Алкоголь поддерживал нас больше, чем все остальное. Увы, перспектива ставок на выпивку не так интересна, когда пьешь чай «Дарджилинг»[14].
Нуала усиленно размышляла. Ей хотелось дать Филиппу что-то новое, чего он не мог встретить в своем английском мирке, ограниченном пределами усадьбы.
– Зимой отец иногда рассказывал нам ирландские сказки, чтобы скоротать время. Моей сестре Ханне всегда нравились страшные истории о
– Давайте воздержимся от историй о призраках, Нуала. – Филипп передернул плечами. – Но я знаю, что ирландцы верят в волшебных существ и рассказывают множество историй о них.
– Это часть нашего фольклора о небе, земле и природе вокруг. Думаю, вам бы понравился Финварра, король фаэри. Мой муж Финн получил имя в его честь, а меня назвали Нуалой в честь королевы фаэри.
Уголок его рта слегка дернулся; как заметила Нуала, это происходило каждый раз при упоминании имени ее мужа.
– Тогда почтите меня историей о короле Финне и королеве Нуале, – с бледной улыбкой сказал Филипп.
И Нуала рассказала ему, как их тезки правили королевством фаэри, или «волшебного народа», как их шепотом называли обычные люди. Это были могущественные существа, обитавшие поблизости от мира людей под заколдованными курганами и в каменных кругах и поджидавшие неосторожных заблудившихся путников, похищаемых всесильным и обаятельным Финваррой.
– Так же, как ваш Финн похитил вас? – вставил Филипп с легкой язвительной ноткой.
– О, я была рада оказаться похищенной. А теперь, когда близится праздник Самайн, фермеры стараются ублажить Финварру, чтобы собрать хороший урожай.
– Так делали и наши друиды в Англии. У каждого народа есть свой фольклор.
– Правда? – удивленно спросила Нуала.
– Да, и королева фаэри из вашей истории имеет общие черты с такими персонажами, как шекспировская Титания и Моргана ле Фэй. Все они красивы и обворожительны, но хитроумны и часто бывают мастерицами интриг. Возможно, вы похожи на вашу сказочную королеву, Нуала.
– Пока я бы так не сказала, – возразила она, ощущая, что краснеет. – Кто такая Моргана ле Фэй?
– Она была помощницей волшебника Мерлина при дворе Артура, старинного короля Бриатании. Мерлин научил ее всему, что знал сам, открыл ей тайную магию и древнюю мудрость. А потом она предала его.
– Похоже, она была жестокой и дурной женщиной. Наша королева Нуала никогда бы не предала Финварру.
– О, у Морганы были свои причины. В сущности, если вы подойдете вон к той полке, то увидите большой зеленый том, на котором значится имя сэра Томаса Мэллори. Книга называется «Смерть Артура».
Нуала взяла книгу, потом опустилась на диван и раскрыла тяжелый том, вздыхая при виде страниц, покрытых мелким шрифтом.
– Думаю, мы можем пропустить предания об Утере Пендрагоне, – сказал Филипп. – Переходите сразу к двадцать пятой главе, где Мерлин помогает Артуру получить меч Эскалибур у Озерной Дамы. Почитайте мне, Нуала.
– Постараюсь, Филипп.
Вернувшись домой, Нуала получила сообщение, что Тому Барри и его людям едва удалось выскользнуть из тисков Эссекского полка, и все благодаря ее сведениям из Большого Дома. Следующую неделю Нуала чувствовала гордость и осторожный оптимизм. Началась осень, и листья в лесу расцветились красными, бронзовыми и золотистыми оттенками. Нуала проводила раннее утро с Финном перед его уходом в школу, и это вносило толику спокойствия в их только начавшуюся супружескую жизнь. Потом она часто ездила на велосипеде на фермы других женщин-волонтеров и доставляла посылки (один раз это был пистолет, прикрепленный к ее бедру под юбкой) или занималась стиркой. Послеполуденное время Нуала проводила с Филиппом, радуясь огню, теперь ярко пылавшему в камине его гостиной. Они чередовали чтение «Смерти Артура» (Нуала начала улавливать ритмы почти незнакомой английской литературной речи), игру в шахматы и прогулки в саду, блиставшем осенним велико лепием.
По ночам Финн все чаще отсутствовал, поскольку «летучая бригада» набралась уверенности и устраивала все больше нападений на патрули. Когда он приходил к ней в постель перед рассветом, Нуала мечтала в мгновение ока перенести его в страну волшебного народа, где они бы вместе правили своим королевством и были бы только музыка, смех и танцы…
Когда у Нуалы возникла идея насчет Филиппа, она вечером после работы встретилась в пабе с Кристи.
– Все хорошо, Нуала? – поинтересовался он, когда поставил перед ней стопку виски и подмигнул.
– Да, спасибо, – ответила Нуала и сделала глоточек, чтобы согреться перед поездкой домой. – Кристи, ты не против, если я тебя кое о чем спрошу?
– Спрашивай, я отвечу. – Он пожал плечами.
– Филипп, сын Фицджеральдов… Ты знаешь, что он потерял ногу во Франции?
– Конечно, ты же рассказывала, – кивнул он. – Ему повезло остаться в живых, но я думаю, что с такими семейными деньгами он получил хороших врачей и лучшее лечение.
