Потерянная собака полностью

Диван в приемной доктора Фролича являл собой образец стиля сурового модернизма. Он был обит изящной, но шероховатой тканью, которая неприятно терлась о шелк платья Джулии Смоллетт. Джулия вздохнула и наклонилась вперед, обхватив себя руками за хрупкие плечи. Она выглядела патетически молодой и беззащитной. Человек, за которым она была замужем вот уже четырнадцать лет, посмотрел на нее, нахмурив брови.

Джордж держался в другом углу комнаты. Заложив за спину короткие руки и выпятив широкую грудь, он стоял перед гравюрой, изображавшей королевскую охоту. На нем был скромный костюм из твида. Воротничок с закругленными краями, стянутый золотой булавкой, сжимал мощную шею. Брюки его были узкими, а пиджак обтягивающим. Он производил впечатление человека, имеющего привычку к лошадям, плотным кожаным ремешкам, к блестящим седлам и утренним прогулкам. В действительности же это был бухгалтер, выросший в городе и работающий в одной из контор на Лексингтон Авеню.

Джулия снова выразительно вздохнула.

— Ну, что такое? — спросил ее муж.

— Ничего. Я чувствую себя… немного усталой. Почему он принимает так долго?

— Мы здесь находимся всего лишь пять минут. Бог мой, как мало у женщин развито чувство времени!

Она перевела на него печальные глаза, большие влажные глаза фиолетовой глубины, вдохновившие его когда-то на сонет.

— Извини, — сказала она мирно. — Мне это кажется очень долгим.

Из кабинета вышла рыжеволосая женщина, уверенного и сведущего вида, окинула их оценивающим взглядом и сказала:

— Мистер и миссис Смоллетт? Доктор Фролич ждет вас.

Доктор сидел за своим столом в уютной комнате с деревянными панелями на стенах. Это был любезный человек, довольно упитанный, с упругим ежиком седоватых волос.

— Я рад, что вы пришли, мистер Смоллетт. Я уже говорил вашей жене, что при том маленьком эксперименте, который мы затеяли, было бы, по моему мнению, полезным ваше присутствие. Думаю, вы могли бы нам представить несколько новых подробностей из прошлого…

Джордж Смоллетт откашлялся:

— Послушайте, доктор Фролич, — произнес он чистосердечно, — я бы хотел, чтобы у вас сложилось правильное представление. Я не из тех суеверных людей, которые путают гипноз с черной магией. Я хочу сказать, что знаком с вопросом: я читал статьи.

— Замечательно, — обрадовался доктор. — Такое отношение облегчает нашу задачу. Важнее всего преодолеть первоначальное предубеждение. Сейчас ваша жена уже достаточно привыкла к нашей затее. Верно, миссис Смоллетт?

Даже на маленьком учрежденческом стульчике Джулия казалась крошечной. Она неуверенно улыбнулась и кивнула головой.

— Мы имели известное количество предварительных бесед, — продолжил доктор. — Мы хорошо понимаем друг друга. Мы определили проблемы, к решению которых должны будем приступить. Но я подумал, что прежде чем предпринять это погружение в прошлое, неплохо было бы услышать вашу точку зрения.

— М-м-м, — протянул Джордж, потирая подбородок, — боюсь, я не совсем …

— Я хотел лишь узнать, что вы думаете об этом страхе перед собаками, который испытывает ваша супруга. Если я правильно понял, она прибегла к медицинскому обследованию по вашему совету.

— Да, эта мысль возникла у меня. Видите ли, доктор, моя жена чрезвычайно боязлива. Впрочем, нет необходимости говорить вам об этом. Замечу, однако, что в первые годы нашего брака все было не столь серьезно. Думаю, это началось после рождения Джорджа младшего, нашего первенца: сейчас ему одиннадцать лет. И тогда это в самом деле стало вызывать тревогу. По правде говоря, ее пугает все: шум, темнота, что угодно. А уж собаки…

Он сделал красноречивое движение плечом.

— Расскажите мне о собаках, — попросил доктор.

Джордж принялся рассматривать забавную лампу на столе.

— Не требуйте от меня объяснений. Это ваша епархия. Я знаю лишь, у нее такой страх перед собаками, что как только она увидит какую-нибудь… вы меня понимаете? как только она заметит одну из них ближе, чем в километре… у нее начинается нервный припадок. И это длится уже давно. Но теперь стало еще хуже.

— В каком смысле хуже?

— В нынешнем году мы переехали за город в округ Уинстер. Вы знаете эти поселки, доктор. Там миллионы собак. Каждый держит пса.

Джулия жалобно застонала. Доктор и муж сделали вид, что ничего не слышат.

— Вы знали это, когда переезжали?

Вопрос Джорджу не понравился.

— Должен сказать, меня это не очень занимало. Думаю, я забыл о страхе моей жены. Но если хотите знать мое мнение, лучший способ излечить кого-нибудь от подобной вещи, это заставить смотреть ей прямо в лицо.

— Согласен, — сказал доктор, — но с некоторыми оговорками…

— Вот видишь! — воскликнул муж, и его торжествующие глаза оглядели жену. — Что я тебе говорил, Джулия?

Улыбаясь, он повернулся к доктору Фроличу:

— Моей идеей было взять собаку. Хорошую собаку, по размеру такую же, как человек: датского дога, например. Понимаете, доктор, у нас двое мальчиков, а вы знаете, что есть дети. Когда я был мальчишкой, у меня была собака. Это преступление — лишать детей такого друга.