Бритта потянулась, пошевелила пальцами на ногах и закинула голову, сминая подушку. Да, беда пришла, откуда не ждали. В первые дни на службе она не ничего за собой не замечала, просто погрузилась в дела, бумаги и отчёты. Через неделю стало понятно, что организм не полностью избавился от болезни. Она стала ужасно уставать, даже после долгого отдыха. Через какое-то время начались проблемы со сном, появились головные боли, ломота в суставах и тяжесть в мышцах. Приходилось с неимоверными усилиями делать самые простые вещи, такие как принятие душа или приготовление еды. Тот день Бритта помнила прекрасно. В офис она приехала на такси, так как остереглась сама вести автомобиль. Устроившись в кабинете, попросила секретаршу принести чай, сама поднялась из-за стола, чтобы взять из шкафа папку. На этом воспоминания оборвались. Как потом узнала Бритта, её, лежащую на полу, обнаружила секретарша, которая принесла чай. С того момента женщина на ноги больше не встала. Начались поездки по врачам и визиты к специалистам. Один знаменитый профессор из Стокгольма консультировал онлайн. Он просил предоставить все результаты обследований, а потом озвучил свои предположения относительно заболевания. Доктор сообщил о том, что вирусная болезнь, а точнее коронавирус, скорее всего и спровоцировал в организме системное хроническое заболевание, при котором нарушилась работа иммунной, сердечно-сосудистой, гормональной и всяких других систем тела. Профессор определил недуг сложными медицинскими терминами, которые Бритта долго и безуспешно пыталась запомнить. Болезнь звалась миалгическим энцефаломиелитом. Доктор пригласил на встречу. Женщина перенесла перелёт до Стокгольма с большим трудом. Пациентка уже совсем не могла самостоятельно двигаться. В светлый просторный кабинет Бритта въехала на кресле каталке в сопровождении ассистентки. Теперь с ней рядом всё время кто-то присутствовал. Один на один с собой она оставалась лишь в кабинке туалета и в состоянии сна. Невысокий, седой профессор особенно пациентку не рассматривал, не заглядывал в рот и не стукал молоточком по коленкам. Он только молча читал, перелистывая историю болезни, и изредка потирал лоб.
– Это онкология? – женщина не выдержала. Она сжала ладони под подбородком, глядя на доктора глазами полными страха и в то же время надежды на отрицательный ответ.
«О, милая моя, считаешь, что онкология самый страшный недуг, – про себя горько усмехнулся врач. – Рак, конечно, страшный диагноз, но привести к смерти могут не только метастазы! Полный список убийственных хворей не знает ни один доктор и этот перечень каждый год увеличивается!»
Профессор поправил на носу очки и вслух произнёс:
– О нет! Проблема из другой оперы. Это синдром утомляемости после перенесённой вирусной болезни или болезнь системной непереносимости нагрузок, – маленький доктор развёл ручками. – Чтобы вам было понятно, то это именно синдром хронической усталости. Звучит как-то обыденно, но это не умаляет размер проблемы.
– Это точно мой диагноз? – женщина с облегчением посмотрела на доктора.
– Дело в том, что на данный момент не существует научного исследования, который бы определял, есть ли у человека синдром хронической усталости или нет. Миалгический энцефаломиелит это диагноз исключение. То есть его ставят после того, как после обследований будут исключены все другие возможные причины таких симптомов. По результатам анализов, – открытыми белыми ладошками врач указал на гроссбух, который привезла с собой Бритта, – могу с точностью это подтвердить.
– У меня есть шанс на выздоровление?
– Буду с вами откровенен, – профессор снял очки и протёр стёкла подолом белого халата. – На сегодняшний день официально не установлен курс лечения, после которого пациенты двигаются по пути выздоровления, но существуют разработанные схемы, которые направлены на улучшение самочувствия и смягчения симптомов. Шанс на выздоровление есть всегда и при этом недуге вы можете подняться на ноги спонтанно.
Тогда Бритта сравнивала себя с расстроенным роялем, на котором уже никто не сможет сыграть. И всё же она надеялась, что организм как-нибудь сам собой настроиться, взбудоражиться и запоёт. Но прошло уже два года и ничего не изменилось. Мысли об исцелении постепенно меркли. Оставалось только жить в режиме энергосбережения. Она подумала, что не зря именно сегодня так беснуются чайки, и тревожные мысли будоражат голову:
«Вот тебе и пятьдесят, Бритта! Представляла ли ты, что окажешься в таком плачевном положении! Столько дел не сделано, столько слов не сказано! Сколько стран ты не успела посмотреть! И что теперь делать с мечтой, которую лелеяла несколько лет? Уже не удастся послушать живой неповторимый белькантовый тенор Хуана Диего Флореса в опере Доницетти «Дочь полка»! А ведь ещё два года тому назад ты готова была лететь в любую точку мира, чтобы услышать своего кумира! Да, оторвали птичке крылья!»