Неожиданно из глубины души Пивоваровой поднялась волна злобы и негодования и из этой волны вынырнула девочка из интерната борзая и агрессивная.
– А вот это ты не хочешь?! – она сунула мужу под нос сложенную из трёх пальцев фигу. – Лежишь, как мямля, жалеешь себя! Тряпка! Мамаша с папашей всё и всегда решали за тебя! Хоть сейчас имей силу воли и сделай выбор сам! Не прячься за юбку! И с чего ты взял, что ходить не сможешь? Люди без рук, без ног в олимпиадах участвуют, в горы поднимаются! Или это мамаша внушила тебе чувство неполноценности, чтобы потом каждодневно таскать на себе и тем самым искупить чувство вины? Вообще твои родители вольтанутые! Они разве внуков не хотят? Не хотят будущего для тебя?
– В смысле внуков? У нас двойня?
– Нет пока один, но начало-то положено! Ты же только стоп лишился, хрен –то на месте! – Маша в упор посмотрела на мужа. – На месте я спрашиваю?
– Куда ему деваться! – слабо улыбнулся Пётр и снова опустил голову на подушку.
– Вот и славно, – Мария погладила мужа по шершавой щеке. – А теперь слушай мои новости.
Пивоварова поведала Петру историю начиная с того места, когда Трещёткин в первый раз застал их в пылу ссоры плавно перейдя к повествованию о шведских родственниках и закончила словами:
– Я документы в посольство подала на шведскую визу.
– И когда ты собиралась мне сообщить? – Пётр обиженно поджал губы.
– Вот говорю! – Маша мысленно улыбнулась. Наконец муж начала покидать депрессия и появились хоть какие-то чувства. – Я поговорила с твоим доктором. Он считает, что домой выписываться рано, прежде нужно пройти курс реабилитации. Тебя направят в подмосковный санаторий для полного восстановления. Ты должен научиться жить в новых условиях и начать снова ходить уже с протезами. А вот за это время я смогу побывать у своих родственников в Швеции. Я уже и заявление на отпуск на работе подписала.
– Молодец! Всё решила без меня! – произнёс Пётр, но уже без прежней обиды и вдруг схватил руку жены и крепко сжал. – Ты же вернёшься?
– Даже не мечтай! Один раз я уже пошла на поводу твоих родителей, поверила им и отпустила тебя! Снова я на эту удочку не попадусь! Вот окрепнешь, будем думать о своём жилье. Я декретные получу, материнский капитал, твои выплаты за участие в СВО перечислят, мою машину продадим так и соберём на первый взнос для ипотеки. Ты главное встань на ноги!
Мария вышла из больницы с лёгким сердцем. Ей хотелось прогуляться по осеннему городу, погода стояла тихая и листопадная, а на съёмной квартире никто не ждал. Она брела в толпе, не разбирая дороги, по ходу разглядывая витрины. Через два квартала остановилась возле кондитерской и с минуту размышляла, рассматривая через стекло ровные ряды изумительных пирожных.
«А была, не была, всё равно скоро стану толстой!»
Она решительно толкнула дверь и вошла в ароматную атмосферу. В углу, заметив свободный столик, заказала пару аппетитных кулинарных шедевров с кофе, развернула стул к окну и присела за стол в ожидании заказа. Неожиданно кто-то тронул за плечо. Мария обернулась, подняла глаза и удивилась. Перед ней стоял свёкор.
– Здрассте. Неожиданно. Вы следили за мной?
– Можно я присяду?
– Конечно, – Пивоварова пожала плечами.
– Не следил. Ехал домой и случайно увидел, как ты зашла в кондитерскую. Ну, это хорошо. Я всё равно хотел с тобой поговорить.
– На какую тему? – Маша с удовольствием уминала пирожное.
– Возвращайся домой. Я спать не могу, осознавая тот факт, что внук появится где-то на съёмной квартире. Тебе нужен режим, ты должна хорошо питаться!
– Неожиданное предложение. А про моё положение кто сказал?
– Пётр, кто же ещё! – Анатолий Михайлович отодвинул соседний стул и сел рядом. – Твоя беременность просто какой-то подарок судьбы и в данный момент очень кстати. Пётр быстрее встанет на ноги. Я вижу, что у него появилось желание жить. Осталось только решить вопрос с протезами. Импортные сейчас купить невозможно, а наши оставляют желать лучшего. Но это мы решим. Только ты стразу не отказывайся, подумай! Разве мы мало сделали для тебя?
– Я не собираюсь отказываться, но вернусь только вместе с Петром. А сейчас у меня другие планы. – Мария вытерла липкие пальцы салфеткой и наклонилась в сторону Пивоварова. – Вы за меня не волнуйтесь, я в состоянии позаботиться о себе и ребёнке. Да и срок ещё небольшой, – она поднялась, – так довезёте меня до дома? На сегодня прогулок достаточно!