Я посмотрела на себя в этой чертовой униформе официантки и тяжело вздохнула. Лера, у тебя никаких шансов. Ты малолетка и одета совершенно не так, чтобы привлечь такого мужчину, как он.
Всякий раз, когда я смотрела наверх, я встречалась с ним взглядом.
Какого черта ему нужно?
Сукин сын.
Он просто не оставлял меня в покое. Ах, да. Я тоже постоянно пялилась на него. Кто из нас начал это первым? Я уже забыла.
Я заканчивала одна из последних. Многие ушли. Я не торопилась. Именно сегодня мне захотелось остаться здесь как можно дольше, несмотря на дикую усталость после смены.
Сделав вид, что я тщательно протирала барную стойку, хотя до этого это сделал Давид.
Я оглядела взглядом помещение. Было пусто. Отправившись на кухню, я открыла холодильник и достала чизкейк. Знаю, что у нас было всё
Взяв с ящика, где мы хранили всякую мелочь, бенгальскую свету для торта, я отправилась обратно в зал. Пришлось еще раз оглядеть помещение, на случай если кто-то все-таки остался. Не хотелось бы, чтобы меня застали. Разумеется, я могла бы соврать, что мне исполняется девятнадцать. Но я не хотела, чтобы кому-то было известно, что у меня день рождения сегодня. Я никогда не любила внимание.
Воткнув свечу в кусочек чизкейка, я подожгла ее. Вверх взорвались яркие искры. Эти недолгие десять секунд я стояла и напевала про себя мелодию
– С днем рождения, Валерия.
От неожиданности я вздрогнула и уронила тарелку на пол.
– Блять!
Я резко развернулась и увидела Никиту. Его взгляд выглядел виноватым.
– Черт. Прости, я не хотел тебя напугать.
Я ничего не ответила. Присев на корточки, чтобы убрать испорченный чизкейк и осколки, я неожиданно столкнулась со лбом Никиты.
– Ай! – я потерла ушибленное место.
– Дай, я помогу тебе. Это моя вина.
Я молча покачала головой и стала убирать вместе с ним. Какая же неловкая ситуация.
Поднявшись на ноги, мы продолжили оба молчать. Наши взгляды были направлены друг на друга, и я поняла, что должна первой прервать молчание:
– Спасибо, – я немного замялась, обдумывая, что еще сказать. – За поздравление.
Никита нахмурился и засунул руки в карманы.
– Восемнадцать лет. Уже большая девочка.
Я закатила глаза от возмущения
– Я принёс кое-что. Прости, нужно было раньше отдать это тебе.
Никита вытащил из кармана мой паспорт и старый телефон. Я приняла их и отвернулась. Слезы начинали жечь глаза. И не от того, что он вернул мне мои вещи, а потому что я в который раз убедилась в том, как Никита ко мне относится. Это больно.
Я бросила телефон в урну и стала рвать свой паспорт.
– Подожди! – крикнул Никита, пытаясь меня остановить. – Что ты делаешь?
– Я уже давно обратилась в полицию по поводу его утери. Новый будет готов через неделю. А телефон мне больше не нужен.
Я пыталась сдержаться, и у меня почти получилось. Никита мягко взял меня за плечо и развернул к себе, слыша, как я шмыгаю носом.
– Это еще не все.
Он полез в другой карман и достал небольшую коробочку. Казалось, что мир вокруг нас остановился, воздух стал гуще. Я забыла, как дышать.
Никита достал цепочку с небольшой подвеской в виде солнца. Я перевела взгляд с украшения на него.
– Солнце? Ты серьезно?
Он лишь ухмыльнулся.
– Я ожидал услышать другое.
В этот раз настала моя очередь улыбаться.
– Спасибо.
Я повернулась к нему спиной, чтобы он помог мне надеть цепочку. Как только его пальцы коснулись моей шеи, я вздрогнула. Меня как будто ударило током. Я почувствовала какую-то необъяснимую энергию между нами. Это был такой интимный момент, но он не продлился долго.
– Почему ты называешь меня
– Тебе не нравится?
– Не знаю, – я пожала плечами. – Просто интересно, почему. У меня не было бы вопросов, если бы я была рыженькой или блондинкой с веснушками на лице, а так…
Никита поднял взгляд к потолку и рассмеялся. От его смеха в груди стало так тепло. Обычно он ходил серьезным. Часто его выражение лица было хмурым и серьезным, за исключением нашей первой встречи. Тогда он пару раз улыбнулся, когда вез меня на своей машине в больницу.
– Ты была в ярко-желтом платье в нашу первую встречу. Погода была дерьмовой, а ты появилась из ниоткуда, – он задумчиво почесал затылок. – Не знаю. У меня нет подходящих слов, чтобы ответить на твой вопрос. Но думаю, ты поняла.
– Звучит романтично.
Как только последняя фраза слетела с моих губ, я отчаянно прикусила язык, молясь вернуть эти слова назад.
– Нет, – его улыбка померкла, и его взгляд опустила ниже. – Я не умею быть романтичным.
Я поняла, куда он смотрел. Сама того не осознавая, я сжимала пальцами подвеску, как будто чувствовала, что она придаст мне сил.
Никита слегка откашлялся и вернул взгляд обратно к моему лицу.
– Так… Тебе нравится?
– Она чудесная. Спасибо.
