– Кажется, ты говорил в прошлый раз, что с татуировками покончено. А я предупреждал тебя, что потом будет сложно остановиться.
– Не для меня. Я привел ее.
Никита подошел ко мне и собственнически обнял за талию.
– Лера, это Иван.
– Приятно познакомиться, мадемуазель.
Я протянула руку, чтобы поздороваться, но вопреки моим ожиданиям парень не пожал ее, а уважительно поцеловал тыльную сторону моей ладони, отчего я смутилась.
– Давайте посмотрим, что я могу для вас сделать.
Я села на черный кожаный стол и сняла футболку, оставаясь в одном лифчике. Что-то хищническое появилось во взгляде Никиты.
– Это обязательно?
– Рукава слишком длинные.
Парень сел на стул и придвинулся ближе ко мне, расположившись между моих ног. Он взглянул на мою ключицу.
– Делали у меня? – спросил он, кивая на мою татуировку в виде солнца.
Я широко улыбнулась.
– Да. Два года назад. Удивительно, что вы помните.
– Я не помню, но свою работу всегда узнаю.
Он взял мою левую руку и стал рассматривать татуировку другого мастера.
– А это уже не моя работа.
– Верно. Я хотела продолжить рукав, но, к сожалению, у меня нет эскиза.
Иван внимательно рассматривал рисунок профессиональным взглядом.
– Он нам не понадобится. Есть какие-то пожелания?
Я потянулась к своему телефону и показала ему несколько сохраненных вариантов того, чего бы себе хотела.
– Без проблем. Я все устрою.
Он вновь стал рассматривать мое старое тату.
– Я бы обновил здесь пару моментов, а потом сдвинулся бы ниже.
Я вопросительно посмотрела на Никиту, который наблюдал за нами, словно коршун. Он одобрительно кивнул мне в ответ.
– Я полностью доверяю вам.
– Тогда приступим.
Вскоре мы определились с эскизом. Я легла на стол, и началась работа. Раздалось жужжание, и игла пронзила мое тело. Я слегка поморщилась от боли. Мне к ней не привыкать. Я с детства терпела издевательства.
Все это время Никита не отходил от меня. Он сидел с другой стороны стола и отвлекал разговорами. Спустя пару часов Никита услышал, как заурчал мой желудок, и заставил нас сделать перерыв на обед. Мне было приятно ощущать от него такую заботу. Ближе к концу работы Никита удалился и о чем-то заговорил с другим мастером. Так как они стояли поодаль от нас, я не слышала, о чем они говорили. Никита стянул с себя футболку и сел на соседний стол.
– Ты тоже хочешь набить себе что-то? – удивилась я, помня, что он никогда не изменял своему татуировщику.
– Надеюсь, Иван ревновать не станет.
Парень ухмыльнулся, но не отвел взгляд, сосредоточившись на моей руке.
– Что ты хочешь сделать?
– Увидишь.
Никита сел ко мне спиной, и я стала гадать.
Как только Иван закончил свою работу, он помог мне подняться и обмотал мою руку в пищевую пленку. От долгого горизонтального положения голова слегка закружилась.
– Готово.
– Спасибо, она прекрасна.
Я действительно была довольна проделанной работой. Ранее на моем плече красовались цветы. Иван был настоящим мастером своего дела. Он продолжил рисунок, и сейчас было не отличить, что это работа другого человека.
– Она потрясающая, – восторженно произнесла я, рассматривая свою руку. – Сколько я вам должна?
– Валерия! – раздался предупредительный рев Никиты.
Я раздраженно спрыгнула со стола и направилась к тому месту, где он сидел.
– Я не позволю, чтобы ты платил. У меня есть свои собственные деньги, и вообще…
Мой голос оборвался, когда я обошла соседний стол и уставилась на татуировку, которую бил ему другой мастер. Никита решил сделать такую же татуировку в виде солнца, как у меня на ключице.
Встретившись взглядом с мужчиной, я увидела в его глазах все, что мне нужно было знать. Обещание.
Сидя на лавочке в парке, я с умилением наблюдала за Ильей. Он был так счастлив. Час назад мы покинули школьную линейку, и теперь ребенок прыгал на батуте в парке в своей парадной одежде. Мы решили не тратить время на переодевание.
Я опустила взгляд на красную ленту первоклассника, которая вечно спадала с его плеча, поэтому ребенок с удовольствием избавился от нее, когда все закончилось.
Я перевела взгляд на Никиту, сидящего рядом со мной. Он как раз пялился в свой телефон. Нежная улыбка не сходила с его лица. Я наклонилась к нему и взглянула на экран. Мужчина просматривал фотографии с торжественной линейки. Даже Глеб присутствовал. Он не мог пропустить такое событие, но сейчас в парке мы были без него.
– Тебе очень идет это платье, солнце, – сказал Никита, обнимая меня за плечи и притягивая к себе.
Я смутилась от его комплимента. Быть женственной настолько непривычно для меня, но рядом с Никитой я не могла себе позволить одевать свою прежнюю одежду. Не потому, что я ее не любила. Я чувствовала себя совершенно иначе в его присутствии, и мне не хотелось смотреться на его фоне какой-то замарашкой.
