— Маш, — протянула я. — Это было не очень вежливо.
Миродар хмыкнул, в его глазах заблестели искорки смеха.
— Чудовищем меня вряд ли когда-то еще называли. Это неожиданно обидно.
— Я не пыталась вас обидеть, — запротестовала Маша. — В нашем мире драконов нет, поэтому для меня вы…
— Чудовища. Я понял, — кивнул княжич.
— Нет, не понял. Я неправильно выразилась. Прости.
Повисло неловкой молчание, которое вдруг нарушил Миродар:
— Чудовищ, к сожалению, много. Но сейчас меня интересует другое.
— Что?
— Какой же нечистой силой вас, девицы, к нам закинуло?
— Мы были бы не против это узнать, потому что пока мне кажется, что я сплю, — прошептала подруга.
— Ты хотела богам душу отдать? — резко сменил тему княжич, взглянув на меня с тревогой в глазах.
Я пожала плечами, всматриваясь в горящий огонь перед собой:
— В последнее время в моей жизни были сплошные черные полосы.
— За любой черной полосой идет белая, — хмыкнул Миродар.
— Ее черная полоса уж слишком затянулась, — шепнула Маша, глядя перед собой.
— Проклял кто? — без тени усмешки поинтересовался мужчина.
— Верите в проклятия, княжич? — горько усмехнулась я.
— Ух, девицы, если уж вы не верите в них, значит и не сталкивались с ними, — усмехнулся Миродар. — Так что в жизни твоей приключилось-то?
Почему мне захотелось в данную секунду поделиться всеми своими переживаниями с едва знакомым мне драконом, я не понимала. Но княжич одним своим присутствием внушал спокойствие и умиротворение. Что-то подсказывало мне, что ему можно доверять. Я рассказала ему все: про отца и мать, про свои неудавшиеся первые отношения с Матвеем, про потерю самого близкого и родного человека — брата. Только закончив свой длинный монолог, я ощутила легкость. Будто до этого момента, все это тяжелым грузом лежало на мне, а сейчас смогло вырваться наружу.
— Брата вернуть хочешь, — кивнул княжич, задумчиво вглядываясь в огонь. — И говорите, что уж буйно у вас люди стали пропадать. У нас тоже выдумки разные ходят про гостей иноземных. Я поэтому, как раз, и не сильно удивился вашей непохожести на наших местных девиц.
— Чем же мы так не похожи-то? — усмехнулась Машка.
— Говор у вас другой, нрав любопытный, — отметил Миродар, а затем кивнул на нашу одежду, — и не прикрываете места причинные, а наоборот обтягиваете…
— Это джинсы! У нас все так ходят! — воскликнула подруга, залившись краской.
— Эта как раз-таки то, что при первой же возможности вам необходимо будет сменить на более подходящие платья. Но сейчас не об этом, — твердо заявил княжич. — Про брата подробнее поведайте.
— Он искал меня, — тут же ответила я.
— Лил дождь, бушевала гроза? — снова спросил Миродар.
Я кивнула. Маша требовательно спросила:
— Это что-то значит?
Миродар снова вздрогнул при звуке ее голоса, что снова не осталось незамеченным нами. Мы с Машей переглянулись, но промолчали.
— Возможно, Перун развлекается, — без тени усмешки пояснил княжич. — Расколы между мирами устраивает. Вас ведь при таких же обстоятельствах к нам занесло. Вы попали в этот раскол. Туда же мог попасть и твой брат. Но это лишь домыслы.
— Но это возможно, — улыбнулась Маша, глядя на меня.
— Значит, Дима может быть в этом мире, — во мне стал загораться маленький огонек надежды.
— Может быть, — задумчиво кивнул Миродар.
— Мы должны его найти, — прошептала Маша, свернувшись калачиком возле костра. Вскоре силы стали ее покидать, через мгновение она заснула. Ее светлые волосы водопадом раскинулись вокруг головы. В этот момент она напомнила мне ангела. Миродар отстегнул свою накидку и накрыл девушку, на мгновение задержавшись озадаченным взглядом на ее лице и одежде. Я заметила этот взгляд и едва смогла подавить свое любопытство, чтобы не спросить у мужчины, о чем он думает.
Несмотря на дикую усталость, я не смогла заснуть так же спокойно, как Маша. В голове были тысячи вопросов и ни одного ответа. Оказалось, что княжич прилетел на другой конец княжества, по очень важной причине. Племя каритов взбунтовалось: возобновили нападения на поселения, грабили и пугали жителей.
— Кто такие кариты? — поинтересовалась я.
— Нелюди, которые пошли против своего князя. Им не нравятся многие указы моего отца, — ответил Миродар.
— А что им не нравится в княжении твоего отца?
Миродар обреченно вздохнул, вглядываясь в отблески горящего огня:
— Князь совершал ошибки, но каждый раз он действовал во благо своего княжества. Но однажды он принял решение, которое подсказало ему его сердце. Этот выбор шел вразрез с решением княжеской думы. Многие голосовали против. Но не думаю, что отец жалеет о выбранном пути.
— И что же это за решенье?
По выражению лица Миродара стало понятно, что отвечать на этот вопрос ему не хотелось. В его голубых глазах на мгновение промелькнуло огорчение, но вскоре снова сверкнули веселые искорки. Княжич помотал головой и, усмехнувшись, ответил:
— Может быть, позже я расскажу об этом.
— Но почему кариты? Почему они так назвали себя? — полюбопытствовала я.
