Удивительное дело, от ее тонкого голоска привидение забилось под потолок и мелко дрожало. И это робкая барышня, что боялась Манилы как огня? В изумлении Войнова поднялась с пола. Люся заметила ее и с облегчением опустила оружие. Затем горячо обняла видящую.
– Боже, ты пришла в себя! Живая… Святая Пятерка, я так за тебя испугалась!
Оказалось, что окрик Тисе не послышался. Перышкина действительно увидела, как видящая заходила в здание, но была слишком далеко, чтобы удержать бедовую подругу. У входа в трещину Люся заметалась, раздумывая, что предпринять. Бежать ли за помощью, кинуться ли вслед. И слишком затянула с решением. В итоге, переборов страх, сама вошла в старое общежитие. Из коридора, что тянулся справа от парадной, ей послышался стук, и Люся отправилась на него. Поплутала по первому этажу. Нашла форточку, которой играл ветер. Лишь потом поднялась по лестнице и увидела Тису, как ей показалось, лежащую без сознания на полу. Над видящей с жадным вниманием нависала Манила. Тут Люсенька и показала себя как разгневанный потусторонник! Загнала бедное привидение в угол, да так бодро, что призрак не успел оправдаться.
– Спасибо, – искренне сказала видящая. – Только он мне никакого вреда не причинил. Я находилась в поиске.
– В поиске? – повторила недоумевающе Люся.
– Да, искала родственника Манилы, то есть Савелии. – Тиса подняла взгляд на привидение, что продолжало вжиматься в потолок, пригибая голову, будто ожидая удара. Воля потусторонника не давала ему возможности просочиться сквозь стены. – Ее брата. Я тебе сейчас все расскажу, только давай ты позволишь ей спуститься. Она не опасна.
Люся посмотрела вверх, только сейчас вдруг осознав, как повлияла на Манилу.
– Ой! – воскликнула Перышкина. Деревянная ножка из ее руки шлепнулась на пол. – Сейчас.
Через секунду гнет, что удерживал призрака, спал, и Манила с опаской выслушала извинения.
История Зыковых так растрогала и вдохновила Люсю, что Перышкина первой забралась на четвертый этаж, храбро переступив провалы на лестнице. Шкатулка оказалась спрятанной за плинтусом в углу, благо доступ к нему не оказался перекрыт обвалившимися балками.
По дороге к дому Лыковых Тиса то и дело оборачивалась, убеждаясь, что Манила летит за санями. Невидимая для окружающих, зримая ей и Люсе. Вэйновская шкатулка притягивала призрака словно магнит. Или как якорь держала ее в мире живых, не давая уйти.
– Почему они тебя не замечают? – Войнова все же не удержалась от вопроса.
– Обычно мы показываемся людям только тогда, когда сами того желаем, – прошелестел ответ. – Исключения – такие, как твоя подруга. Они нас могут видеть независимо от нашего желания.
Дом Лыковых встретил тусклым светом в окнах. На стук в калитку залаяла собака.
– Я его чувствую! Он тут! – с благоговением прошептала призрачная барышня, устремляясь во двор сквозь закрытые ворота и пропадая в темноте позднего вечера. Тиса и окликнуть не успела.
– Хоть бы старика не перепугала до смерти, он и так тяжел, – прошептала она Люсе.
Перышкина кивнула, и видящая поняла, что та тут же мысленно передала призраку свое предостережение. Все же удивительный дар.
Послышались шаги, калитка распахнулась, и на пороге показалась Дарья, дочь Косеслава. Женщина с опаской оглядела незнакомок.
– Вечер добрый, Дарья, – поздоровалась видящая. – Простите, что явились без приглашения.
– У нас для вас замечательная весть! – засияла широкой улыбкой Люсенька.
Дарья не прониклась посулом и нахмурила брови.
– Даш, кто там? – послышался голос Сергея, и вскоре благочинник сам предстал пред незваными гостьями. Шинель распахнута, под ней мундир с расстегнутым воротом. Похоже, парень сам только недавно объявился с дежурства.
Узнав прибывших, он поклонился и пригласил девушек в дом. Даже удивления не выказал. В глазах – все те же тоска и усталость.
Хозяева сопроводили их в скромно обставленную гостиную. Пригласили присесть на стулья у круглого стола, накрытого льняной скатертью. Но ни Тиса, ни Люся не воспользовались приглашением, продолжая стоять. В гостиную заглянули две светлые головки – мальчишки лет семи, близнецы. Дети не желали сидеть в своей комнате, когда можно было поглазеть на незнакомок. Однако Дарья шепотком выпроводила сыновей из комнаты, сказав, что скоро придет, и велев не оставлять Тасеньку в одиночестве.
– Что вы желаете нам сказать? – закрыв за детьми дверь, спросила Дарья с толикой нетерпения. Вдова с тремя малыми детьми и больным отцом на руках имела право поторопить пришедших.
Сергей прислонился к подоконнику и на слова старшей сестры согласно кивнул.
– Мы не займем у вас много времени, – сказала Войнова. Она достала из сумки и положила на стол шкатулку – серебряную, искусно выполненную вещь. В центре украшенной сложным растительным узором крышки был выгравирован вензель «ЗЕ». – Эта вещь принадлежит вам, Сергей. Вашей семье. Как и то, что в ней находится.
По мере того как Тиса продолжала говорить, эмоции на лицах потомков славной фамилии Зыковых сменялись с откровенного скепсиса до полного ошеломления.
