Тиса накрыла ладонями лицо. Слезы неудержимо потекли из ее глаз. Рич не на шутку растерялся, не зная, что делать. И девушке пришлось взять себя в руки. Но радость густо смешанная с тревогой не сразу отпустила ее. Отец жив, он жив и она не одна в этом мире — эта мысль возвращала ее саму к жизни.
— Тиса Лазаровна, вам нужно уходить отсюда. Нельзя здесь оставаться! — прошептал Рич, когда за дверью протопали чьи-то шаги и затихли. — Трихон сказал, если он не вернется, то я должен отвести вас в башню. Вчера он так и не пришел, и я сразу же побежал в храм. Потом подумал самому найти вас.
У порога комнаты послышались шаги, и раздался стук в дверь. Тиса вздрогнула.
— Это дед Агап, — сказал Рич, готовый в любую секунду юркнуть под нее. — И еще другой человек. Он уже давно там стоит.
— Откуда ты знаешь? — удивилась Тиса. — Спрячься, — велела она ему прежде, чем открыть дверь.
Убедившись, что мальчишка послушался, девушка пригладила юбку, затем волосы и прошествовала к двери, стараясь придать лицу невозмутимое выражение.
На пороге действительно оказался старик. Агап имел несколько взъерошенный вид, борода топорщилась, в глазах колкое беспокойство. В руках лекаря парила кружка горячего настоя.
— Вот, дочка, снадобье тебе принес, как обещал, — сипло произнес старик, метнув взгляд куда-то вправо.
— Спасибо, — Тиса выглянула за порог и обнаружила у стенки рядом со своей дверью здоровенного солдата. — Что вы здесь делаете? — недовольно поинтересовалась Войнова.
— Выполняю распоряжение начальника, — ответил солдат, ворочая квадратным подбородком.
— Какое же? — Тиса поняла, что этот военный ей не знаком.
— Охранять вас.
— Можете оставить свой пост, я в совершенной безопасности и не нуждаюсь в охране, — строго произнесла девушка. Новость о том, что отец жив, делала ее сильнее.
Однако мужлан с места не сдвинулся.
— Я лишь делаю свое дело, — обрезал он, снова превращаясь в каменную статую.
Впустив в комнату лекаря, Тиса задвинула засов. Факт, что за дверью стоит приставленный конвой вызвал у нее раздражение и неясную тревогу. Как только комната оказалась запертой, Рич поднялся из-за кровати, а Агап торопливо отставил на столик кружку с настоем и моментально о ней забыл:
— Сколько мне вас ждать? Рич, ты все объяснил Тисе? — проворчал старик. Получив в ответ кивок мальчишки, лекарь развернулся к Тисе. — Дочка, собирайся! Дела плохи. Вам с Ричем нужно бежать к болоту. Времени мало. Видела, они приставили к тебе какого сторожевого пса?
— Ты обо всем знаешь? — ее уже мало что могло удивить.
— Этот шельмец мне сегодня такой ушат ледяной воды на седую головушку вылил, когда я с утра в храм пришел. Такое порассказал, что старика оторопь взяла. Благо, не разминулись. Хотел же певчих заказать, чтобы по-людски по чину проводить твоего батюшку да старшину. А они живы оказались! Истинно велика твоя милость Единый!
Тиса со стариком обнялись. Агап отстранился первым.
— Давай, поторопись-ка. Я постараюсь телегу сызнова испросить. Выеду за рощу. Подходите туда. Пересядете на повозку и дуйте к лесу. Что там дальше, Рич?
— Из башни через лес к сеевской дороге, — сдвинул бровки Рич, вспоминая заученную инструкцию. — Затем через поле к хутору Журавка. Там найти дядьку Глухаря. Он даст лошадей. Поедем через лес, по дороге опасно…
— Постой-постой, Рич, — остановила мальчишку Тиса, хмуря лоб. — Какой лес? Разве мы уезжаем из Увега?
— Конечно! — в два голоса ответили ее собеседники.
— Вы с капитаном спрячетесь в моем таборе, — деловито продолжил мальчишка. — Недолго. Потом, поедем в одно место.
У Войновой закружилась голова.
— Но, почему мы должны скрываться? — не могла она понять. — Все из-за этого злосчастного оберега, — девушка приложила ладонь к плечу, где под тканью находилась голубая спираль. — В нем все дело? Тогда не проще ли его отдать? Пусть Климыч, или кто другой, забирают его и оставят нас в покое!
— Нельзя, Тиса Лазаровна! — тряхнул смоляными кудрями Рич. А лекарь поддакнул, глядя с сочувствием:
— Вас будут преследовать в любом случае.
— Но почему?
Ни старик, ни ребенок так и не смогли толком ответить на этот вопрос. Трихон умолчал об этом и в письме.
— Я не могу так просто сорваться сейчас, — Тиса коснулась пальцами переносицы. — Я должна все обдумать.
— Думай быстрее, дочка, — сказал старик. — Только не тяни. Я верю этому Трихону или кто он там, раз он сумел твоего батюшку вытащить из лап этого изнаня. Тебе нужно бежать. А вэйн сам тут разберется. Здесь такой кисель заварился — не нашего ума дело его расхлебывать.
Тиса принялась выхаживать по комнате под взглядами старого и малого. Почему сейчас, когда она знала, что отец жив, она снова чувствует себя загнанной в угол? Что творилось вокруг нее за последние дни, иначе как безумием не назовешь. И апогеем должен стать бег на край света. Боже, как все запутанно. Тиса сцепила руки и сделала глубокий вдох. Она выпьет вэйновские таблетки и сбежит. Она сделает это?
