Потерянные сокровища полностью

— Ты в порядке? — спросил Маркус, оторвавшись от созерцания изумрудных часов, вокруг которых он пытался расставить свои софиты и светоотражатели.

Подошла Саанви и, как бы поддерживая, взяла Кейт за руку. Смутившись, Кейт пожала плечами и солгала:

— Смена часовых поясов. Извините!

Маркус внимательно посмотрел на нее, озабоченно нахмурив брови.

— Мы можем закончить на сегодня, если хочешь.

— Да я в порядке, четное слово. Не хочу ничего упустить… — подступив к столу, она снова осмотрела камеи, саламандру, изумрудные часы… помандер.

С чего же начать?

Каждая история нуждается в хорошей интриге. Изумрудные часы казались очевидным выбором, но взор Кейт притягивало это маленькое черно-белое кольцо. Его простота зацепила ее. Следуя кивку Кейт, Саанви взяла его и поднесла к свету. Бриллиант вспыхнул словно пламя, и Кейт задалась вопросом: почему такое простенькое кольцо было зарыто в сыром подвале вместе с более ценными подвесками и часами?

Алмаз был плоскогранный и совершенно чистый. С помощью окуляра Кейт исследовала его на предмет временных изменений. Дефектов. В наше время при современных технологиях алмаз можно нарастить и сертифицировать наравне с природным, а неограненный камень отполируют так, что он будет искриться на всю комнату.

Кейт делала тщательные заметки:

3–4 карата, конец XVI или начало XVII столетия?

Маленький размер кольца. Возможно, для ребенка или миниатюрной женщины. Выемчатая эмаль. Маньеристский стиль. Черные цветы на белом. Анютины глазки? Незабудки? Кольцо обручальное? Или талисман в стиле мементо мори?

Какие заверения были даны вместе с этим кольцом? Как оно оказалось в Лондонском музее?

— Саанви, вы не знаете, откуда этот камень?

— Ну, на этот вопрос я могу вам ответить, — отозвалась хранитель, улыбаясь. — Мы протестировали его с некоторыми другими и теперь точно знаем, что сырье было из Голконды. Так что это кольцо, — она снова поднесла его под свет софита, и алмаз вспыхнул теплым огоньком ночной свечи, — родилось в Индии.

Голконда, Индия, 1630 г.

Мальчик проснулся от криков брата. Это продолжалось с прошлой луны.

Сачин поднялся с соломенной циновки, которую он делил с отцом, подпоясался кожаным ремнем, завязав его узлом, и бесшумными шагами стал пробираться сквозь грязь на полу в дальний угол хижины, где лежал его брат Арджун, связанный по рукам и ногам веревкой.

Опустившись на колени, Сачин осторожно положил руку на бедро мальчика, чтобы успокоить его. Затем он ослабил веревки на лодыжках брата и обнял его голову. Поцеловав брата в макушку, Сачин прошептал молитву Махадеве.

Арджун отпихнул брата ударом двух кулаков, связанных вместе, но его взгляд был похож на взгляд перепуганного животного. Он всхлипнул и постарался как можно плотнее сжаться в клубок.

Сачин чувствовал, что от брата исходит запах высохшей мочи. Он встал, затем помог Арджуну подняться на ноги. Они пошли на берег реки, чтобы совершить омовение и прочитать молитву.