Эсси оглянулась на Герти и увидела, что та, не обратив внимания на звонок, заканчивала дополнительное задание по алгебре, которое специально для нее написала на доске мисс Барнс. Близняшки были уже на улице и наблюдали, как мальчишки катают обруч по двору. В окно классной комнаты проскользнул луч солнечного света, и Эсси вдруг подумала, какой умиротворенной выглядит Герти. Ее раздраженная возня с близняшками, когда они одевались, а потом постоянные подначивания по пути в школу, все это исчезало, как только она заходила в класс.
— Я все собиралась спросить, ваша мать прочитала письмо, которое я передавала с тобой? — спросила мисс Барнс.
Эсси еле заметно поежилась и снова посмотрела на Герти. Взгляд сестры был по-прежнему прикован к тетради, но она подозрительно притихла, словно замерла. Эсси знала, что Герти прислушивается ко всему, что говорит учитель. Мало что ускользало от ее внимания, несмотря на внешнюю самоуглубленность.
— Извините, мисс Барнс, я передала его, но мама была очень… занята.
Эсси надеялась, что молодая учительница не заметит ее смущение. Она видела перед собой опрятную девушку в туфельках на модном каблуке с открытым лицом, излучающим уверенность и веру в свое будущее.
— Понятно, — кивнула мисс Барнс, хотя было ясно, что все наоборот. — Я так и думала, что произойдет нечто подобное.
Она говорила тихо, с еле заметным трепетом, так, будто внутренне нервничала.
— В конце этого семестра я ухожу. Вот прямо перед Рождеством. Мне предложили место в другой школе.
— Поздравляю.
— Эта школа только для девочек. Ну, для особо одаренных, вообще-то.
Должно быть, на лице Эсси отразилось невероятное смятение.
— Она работает уже довольно долго, — продолжила мисс Барнс. — Бывший директор — мисс Биил, даже основала при Оксфорде колледж Святой Хильды.
— Я и не знала, что есть школы, где девочки получают полное образование, — смущенно сказала Эсси. — Хотя, я так понимаю, они существуют, иначе откуда бы у нас были такие прекрасные учителя, как вы.
Мисс Барнс покраснела.
— Дети будут скучать по вас, — добавила Эсси с печальной улыбкой. — Мы все будем.
Герти перестала притворяться, что ничего не слышит, и теперь, открыв рот, вытаращилась на сестру и учительницу.
— Вы не можете уйти, — пролепетала она, раскрасневшись.
— Герти! — попыталась остановить сестру Эсси.
— Что, Эсси? — повышая голос, спросила Герти и хлопнула тетрадью по столу. — Все теряет смысл, если мисс Барнс уходит! А мистер Мортон собирается вышвырнуть нас!
И Герти разрыдалась.
— Гертруда, мне очень жаль. Я понимаю, вы расстроены. Мне тоже больно уходить. И я буду скучать по всем вам, и особенно по тебе, — сжимая руки, заговорила мисс Барнс.
Затем она подошла к Герти и положила руку ей на плечо. Пылкость молодой учительницы напомнила Эсси тех женщин, устроивших шествие вблизи монумента, держащихся за руки и скандирующих свои лозунги. Решительных женщин, носящих прекрасную обувь, читающих книги, получающих высшее образование или, по крайней мере, закончивших школу.
Мисс Барнс глубоко вздохнула и обернулась к Эсси:
— Мне сообщили уже несколько недель назад, но я не смогла сказать. Поэтому я передала с тобой для миссис Мёрфи всю информацию о моей новой школе и бланки заявлений на вступительные экзамены. Жаль, что у нее не было времени ознакомиться. Я бы хотела, чтобы Гертруда сдала вступительные экзамены.
Герти вскинула голову, переводя взгляд то на сестру, то на мисс Барнс, одновременно и ошеломленная, и обрадованная.
— Ой, Эсси, можно? Пожалуйста, Эсси? — захлопала в ладоши Герти, и от переполнявших ее эмоций она запрыгала на стуле.
— Не я это решаю, Герти. Мы должны поговорить с мамой…
Как только Эсси сказала это, улыбка исчезла с лица Герти, она закрыла свою тетрадь, стремясь поскорее выйти из класса.
Мисс Барнс вернулась к столу и открыла свою сумку. Пока она что-то в ней искала, Эсси заметила внутри клубки зеленой и фиолетовой ленты и позавидовала их владелице. Мисс Барнс запихала их поглубже и вынула новенький, еще хрустящий, конверт с четко отпечатанной надписью: «Для родителей опекунов Гертруды Мёрфи».
— На прошлой неделе я провела с Гертрудой несколько коротких тестов, пока остальные делали задание по арифметике, и результаты очень обнадеживающие, — сказала учительница, протягивая конверт Эсси. — Конечно, я не могу ничего обещать, но я знаю, что ежегодно для нескольких студентов выделяется стипендия. Вы должны будете съездить на выходных в Челтенхэм…
Эсси молча покачала головой, и мисс Барнс зарделась, осознав свою ошибку. Она принялась перебирать бумаги на своем столе и, стараясь избежать встречи с взглядом Эсси, промямлила:
— Я понимаю. Конечно. Как необдуманно с моей стороны.
Она сложила бумаги стопкой и провела руками по волосам, притворяясь, что заправляет выбившиеся локоны обратно в пучок.
Мисс Барнс снова заговорила, но так тихо, что Эсси пришлось податься к ней, чтобы расслышать:
— А что, если я устрою вступительные экзамены здесь, во время классных занятий? Я смогла бы организовать это в четверг, когда у мистера Мортона еженедельная встреча с отцом Макгуайером.
