Однажды стражи, которым стало скучно просто охранять их, решили устроить потеху. Втайне от руководства они соорудили в блоке «Д» арену, где неприкасаемые сражались друг с другом. Люди из других блоков тоже приходили посмотреть, и стражи предлагали делать ставки на понравившихся бойцов. Так как в «Элизиуме» не существовало определенной валюты, ставки были разнообразными: припасы, амуниция, личные вещи, расписки и договоры. У неприкасаемых не было выбора. Непокорных заставляли участвовать в боях, а послушным делали поблажки, за которые они готовы были растерзать соперника.
Сайлент оказался среди первой группы. Фиби поняла это, когда лечила его раны после такой бойни. Что-то тронуло ее в этом молчаливом человеке. Он был не таким как другие неприкасаемые. Даже после усмирения, Сайлент страдал от того, что ему приходилось делать. Когда в руки Фиби от мусорщиков попал потерянный дневник, она узнала, кем он был раньше и каким он был. После прочитанного она еще сильнее стала жалеть доброго здоровяка и старалась сделать его невыносимую жизнь в блоке «Д» немного лучше.
Лифт остановился. Фиби тяжко вздохнула. Ей придется остаться в блоке «C» на две смены. Здесь находились склады и технические отсеки, день и ночь трудились мусорщики. В одном из подземных ангаров они сортировали выброшенные или поломанные вещи, оценивали, что может еще использоваться, а что необходимо утилизировать.
Фиби тоже часто работала здесь, пока не погиб один из докторов блока «Д». Поговаривали, что во время рейда на поверхность его укусил радиоактивный гомункул и он вскоре скончался. Фиби перевели на его место из-за нехватки медперсонала, но и от старых обязанностей не освободили. Поэтому ей приходилось совмещать две работы. Мусорщики относились к ней, как к своей, и часто закрывали глаза на ее отсутствие, а в блоке «Д». Девушка подчинялась только стражам, которым не было дела до здоровья неприкасаемых.
Фиби оставила рюкзак в раздевалке, прошла процедуру идентификации на посту стражей и, наконец, зашла в шумный и дурно-пахнущий ангар.
– Фиби! – окликнул ее чернокожий начальник мусорщиков. – Ты уже вернулась?
– Что у нас сегодня, Зед? – спросила девушка, надевая перчатки.
– Сегодня техники нам прислали посылку, – указал начальник на огромную металлическую цистерну. – Работы хоть отбавляй, лишние руки не помешают. Ты чего такая хмурая?
– Не важно, – ответила Фиби. – Дай мне задачу, и я ее выполню.
– Как скажешь, – подозрительно прищурился Зед и повел за собой. – В блоке «Б» накрылся паровой котел. В самый раз! Ха-ха! Зима вступает в свои права, а техники остались без отопления. Нам нужно разобрать котел и посмотреть, что можно использовать вторично.
Фиби и Зед принялись за дело. Работа руками отвлекала девушку от дурных мыслей. Зед тихо мычал какую-то песню. Он распиливал металл своим инструментом и отправлял все ненужное в утиль. Несколько часов упорного труда давали мусорщикам пищу и кров над головой. Как и многие другие, они попали сюда из разных уголков разрушенного мира. По праву происхождения они не могли заниматься интеллектуальным трудом и быть управленцами. Им внушали, что они работают на благо всего человечества, пока ученые «Криоса» восстанавливают цивилизацию. Такое объяснение устраивало многих, ведь по сравнению с жизнью на поверхности, здесь было гораздо безопасней и уютней.
Зед был мусорщиком с самого начала своего пребывания в «Элизиуме» и никогда не жаловался на эту работу. В основном, потому что здесь можно было как минимум раз в неделю встретить патрули, которые приносили интересные вещицы с поверхности. Многие из них оказывались полезными, другие отправлялись в утиль, но некоторые Зед оставлял себе. Будучи начальником мусорщиков, Зед собрал большую коллекцию вещей с поверхности: старые журналы, книги, статуэтки.
Недавно Зед наткнулся на неожиданную находку. Во время бури один из коптеров потерпел крушение в ущелье. Автоматика послала сигнал бедствия, но когда коптер нашли, экипаж уже был мертв. Люди замерзли насмерть. Кожа на лице и конечностях подверглась такому сильному обморожению, что их было уже не узнать.
Из обломков коптера достали все, что могли. В подкладке одежды одного из покойников Зед нашел личный дневник, написанный от руки. Он так бы и остался у Зеда в коллекции, если бы там не описывалось уникальное существо, которое пару месяцев назад привезли из Оазиса.
***
Ники любопытно озирался по сторонам. В его привычной среде обитания с прошлого дня произошли изменения. Те разноцветные кляксы, которые он оставил буквально недавно на стенах, чудесным образом исчезли. В воздухе витал приятный аромат. Среди его обыкновенных вещей – кучи барахла, которое он методично складировал в небольшие прямоугольные камеры, появился порядок.
Из-за стены раздался знакомый скрежет. Ники в предвкушении подбежал к выдвигающейся панели и внимательно осмотрел содержимое:
– О, нет, опять твердые яйцы! – удрученно заверещало существо.
С неохотой Ники взял крупный грецкий орех и расколотил его, бросив на пол.