Регина распахнула глаза, но уже, кроме серой дымки вокруг, ничего не увидела. Рядом слышались бормотания, звуки лопнувших пузырьков, жадное кипенье. Вонь уже смешалась с травами и забила носоглотку.
Запуская в себя этот пар одними губами, Королева с удивлением поняла, что боль в расплывшейся от жара руке исчезла. Как и чувство, что у нее есть рука. Оставались лишь подкожные ощущения, от которых поднялись волоски по всему телу.
Ведьма же продолжила свои странные поглаживания. В этом пекле она изучала каждую черточку на королевской ладони, водила подушечками по извилинам, оставляя холодеющую дрожь. Пробежалась по пальцам, выпрямляя и раздвигая их. Потянула за безымянный…
«Нет»
Внутриутробный разряд за секунду разбудил размягченное тело, переполнил его до краев ослепляющей яростью и заставил взметнуться защищающим зверем. С рыком Регина отбросила стол, отправляя под ноги зашипевшее варево и пылающие угли. Вскакивая, Королева инстинктивно подалась в сторону, осознавая, что рука вновь свободна.
Лишь прижавшись к твердой поверхности, понимая, что под спиной стена, Регина тяжело задышала. Будто прогнала из тела беса и, обессилев, всмотрелась в расплывчатое пространство.
- Ты сама его снимешь, - шелестевший голос донесся из пара. – Только ты…
- Да я не могу! – закричала, задыхаясь от тошнотворного, разрывающего легкие кислорода, Регина. Голос утонул в этой вате.
- Можешь. Разбуди в себе истину… прогони собственный яд.
«Тварь»
Потянувшись по памяти туда, где должна быть дверь, Регина на ощупь нашла ручку и буквально вывалилась на воздух. Закашлявшись, женщина уставилась на свою руку и запоздало осознала, что ничего на коже не осталось. Только капельки влаги рассказали бы о пламени, что сжигало до кости.
«Где?»
В трансе Королева делала мелкие глотки, давая передышку напряженному телу, ощупывала спасенную руку, стирала пот и пыталась понять, что сейчас произошло. За своим состоянием она не слышала зова. Даже, когда ее встряхнули и заставили всмотреться в серые глаза, она так и осталась в плену собственного кошмара.
- Не иди за мной…
Хрипловатый голос нырнул змейкой в сознание, после чего Регина вырвалась из крепких рук и бросилась в лес. Сумрак с готовностью впустил Королеву.
- Что это вообще было? – повторяла без конца Белоснежка.
Принцесса расхаживала по поляне и уже протоптала дорожку в траве. Так она пыталась успокоить себя и забыть об искривленном лице, отсутствующем взгляде мачехи. Плохо не только ей удавалось с этим справиться. Тинкербелл молчаливо взирала, то на нее, то на напряженного Гуда.
Робин щурился, будто от солнца, которого и в помине не было вокруг этой хижины, а на самом деле мучился от своих тяжелых мыслей. Видно было, как мужчина боролся с желанием рвануть в лес и найти там затаившуюся Регину.
- Так, я пойду и поговорю с ней.
- Не вздумай, - отрезала тут же Тинкербелл. - Ты останешься тут…
- Кто ты такая, чтобы мне указывать?
- Давай еще померимся нашей сказочностью?! – наградила ее предупреждающим взглядом фея. Белоснежка открыла рот, чтобы заспорить, но глухой голос прервал эту попытку.
- Она сказала не ходить за ней.
Девушки уставились на Гуда, отмечая в его лице решительность. Только скрип позади всех заставил отвлечься от молчаливых вопросов. Натыкаясь на застывшую у двери выпрямившуюся фигуру, фея и принцесса успели только осознать, с кем имеют дело. Мимо пронесся Робин.
- Что ты ей сказала, ведьма?
Вор, не раздумывая, припечатал тощее тело к двери, прижимая локтем заходившую в последнем вздохе шею. Ненавидящие уже эту демоницу глаза заметались по отталкивающему лицу.
- Робин, отпусти ее!
Мужчина будто не слышал криков своих спутниц. Он сильнее лишь давил рукой, видя, как в нескольких миллиметрах от его глаз в лице ведьмы желтизна уступает место красным пятнам.
- Говори! – выдохнул он.
Нитевидные губы приоткрылись, отправляя гнилостное дыхание на его щеку. Предвкушая ее слабость, Робин слегка ослабил схватку и услышал едва уловимый шепот.
- Львенок…
Задохнувшись от кривляния ведьмы, Робин отшатнулся. Потянулся к мечу, оглушенный своей яростью и отчаянием, от того, что не может помочь своей женщине. И в ту же секунду чуть не свалился на колени от толчка в плечо.
- Ты обезумел?
Отшатнувшись, Робин уставился на стоявшую рядом Тинкербелл. Девушка недвусмысленно сжимала кулаки и посылала ему раскаленный взгляд. Казалось, еще немного и фея набросится с тумаками на вышедшего из себя разбойника.
- Чтобы завтра и духу вашего тут не было!
Ведьмин голос окатил ледяной волной и окончательно привел Робина в чувства. Все еще оцепенев, он взглянул на пальцы, которые сжимали меч. Медленно разжал их и опустил кисть, что повисла безвольной плетью.
- Нам всем пора домой.
Почти с ненавистью Тинкербелл уставилась на Белоснежку и мысленно попросила ее заткнуться.
Он так и не смог выполнить королевскую просьбу. И без того столько часов дал ей для одиночества, а потом, не касаясь земли, проскользнул по следам, потянулся по запаху и вскоре оказался рядом.
