Потерянный разум полностью

Одним из самых тяжелых ударов, которые перестройка нанесла по рациональному сознанию, стало разрушение у человека способности “взвешивать” явления. С нами сделали страшное дело — у нас отняли чувство меры. Речь идет не о том, что человек потерял инструмент измерения, снизил точность, стал “мерить на глазок”. Перестройка разрушила саму систему координат, в которую мы помещаем реальность, чтобы ориентироваться в ней и делать более или менее правильные выводы.

И это разрушение нашей способности измерять и считать, совершалось именно в те годы, когда целое племя хладнокровных и цепких учетчиков и на нашей земле, и за ее рубежами, щелкало костяшками на счетах, оценивая и распределяя наши богатства, наши пенсии и доходы, “оптимальную” численность наших жизней. С приходом Горбачева на Кремлевской стене как будто проступило, а потом светилось все ярче — Мене, текел, фарес. Исчислено, взвешено, разделено…

Народ надеялся, что наша многомиллионная интеллигенция, поднаторевшая в высшей математике, не даст этим весовщикам обмануть нас, разоблачит их двойную бухгалтерию, даст нам верные гири, чтобы подавить назревающий хаос надежным числом. Этого не случилось, в применении меры наша интеллигенция оказалась несостоятельна, она как будто забыла все, чему ее учили в школе.

Овладение числом и мерой — одно из важнейших завоеваний человека. Умение мысленно оперировать с числами и величинами — исключительно важное интеллектуальное умение, которое осваивается с трудом и развивается на протяжении жизни человека. Подъем во время перестройки аутистического сознания и “приступ гипостазирования” в мышлении интеллигенции привел к необычной интеллектуальной патологии — утрате расчетливости. Произошла архаизация сознания слоя образованных людей — утрата ими того “духа расчетливости” (calculating spirit), который, по выражению М.Вебера, был важным признаком современного общества, отличающим его от общества традиционного.

Как общество дореволюционной России, так и советское общество относились к сложной категории традиционных обществ в состоянии непрерывной и быстрой модернизации — без слома своих культурных оснований. В таких обществах прослойка европейски образованных людей (“интеллигенция”) является жизненно важным элементом как один из главных носителей импульса к модернизации. Понятно, что откат назад в “технологии мышления” большой части интеллигенции чреват тяжелым культурным кризисом.

Это и произошло в СССР. Явление это, на мой взгляд, затронуло все отряды интеллигенции, похвастаться особой устойчивостью некому. Утрата меры наблюдалась в мышлении и левых, и правых, и западников, и патриотов. Когда соберешь воедино все претензии разных групп интеллигенции к советскому строю и сравнишь с тем, что народ утратил при его ликвидации, потрясает именно эта утрата меры — сожгли дом, потому что форточка плохо открывалась и шкафчик был неудобно устроен.

В этом подрыве одного из важнейших инструментов рационального мышления особую роль сыграли те сообщества интеллигенции, которые интенсивно использовали числа и меру для подтверждения своих идеологически нагруженных тезисов — прежде всего, экономисты и социологи. Конечно, важную подготовительную работу произвела и та часть интеллигенции, которая в своей идеологической работе применяла числа в качестве художественных образов.

Но все же экономические выкладки с применением числа и меры оказывали на общественное сознание наибольшее воздействие. Это происходило и потому, что они прилагались непрерывно к очень широкому спектру житейских ситуаций, и потому, что выглядели гораздо более нейтральными, чем цифры историков и социологов и не мобилизовали психологическую защиту человека. Интенсивное идеологическое использование числа повлияло и на самих экономистов — они в большой мере уверовали в свои собственные мифы и утратили способность измерять и взвешивать явления.

Важнейшее свойство расчетливости, даваемое образованием и опытом — способность быстро прикинуть в уме порядок величин и сделать “усилительный анализ”, то есть прикинуть, в какую сторону ты при этом ошибаешься. Когда расчетливость подорвана, сознание людей не отвергает самых абсурдных количественных утверждений, они действуют на него магически. Человек теряет чутье на ложные количественные данные.