— Ей не обязательно входить в эту дверь, чтобы забрать ее. — Саид понятия не имел, как работает сила Серас, что не делало его предположение ни ложью, ни правдой. Он рискнул и надеялся, что его блеф запутает чувства оборотня. — Я здесь, чтобы поговорить, не более того.
— Тогда почему она здесь?
Серас раздраженно выдохнула. Саид посмотрел на нее через плечо и бросил суровый взгляд. Ее пальцы ласкали рукоять кинжала, будто она жаждала насилия. Она представляла собой такую чувственную картину, что Саид чуть не забыл зачем он здесь.
— Чтобы засвидетельствовать, — сказал Саид. — И доложить об этом Рину.
— Ну, она может доложить ему прямо сейчас, — крикнул оборотень. — Потому что я ни хрена не сделаю для Рина!
— Тогда, возможно, ты сделаешь что-нибудь для меня. — Саид когда-то был вспыльчивым воином. Скрытным убийцей. Его боялись и уважали одинаково. С течением времени он научился дипломатии. С течением столетий Серас настолько ожесточилась, что не знала ничего, кроме насилия. Саид хотел, чтобы она знала, что есть другой способ. Жизнь была не просто черной или белой.
— Что, например?
Тон оборотня потерял немного огня. Саид воспринял это как хороший знак.
— Для начала открой дверь. Даю слово, тебе не причинят вреда.
— Да, конечно, — усмехнулся оборотень. — И я должен верить слову… — он замолчал. — Какого черта?
Оборотень не мог быть очень старым, он не узнал запах вампира. Что делало общение с ним легче без мудрости, накопленной за несколько столетий.
— Я вампир. — Саид не видел смысла в резких словах.
— Ерунда.
Серас издала еще один страдальческий вздох. Саид повернулся к ней и печально покачал головой. Для столь старого существа у нее было очень мало терпения.
— Открой дверь и убедись сам. — Саид практически ловил его на слабо.
— Откуда мне знать, что это не фокус?
Боги. Мужчина был всего лишь щенком. Совершенно невежественным и слишком глупым, чтобы доверять своим чувствам. Неудивительно, что его стая имела на него зуб. Саид уже хотел задушить его.
— Я терпеливый мужчина, оборотень, но ты действуешь мне на нервы. Открой дверь, и тебе не будет больно. Продолжишь вести себя как упрямый дурак, и я позволю своему другу поглотить твою несчастную душу.
— Ты обещаешь, что не подпустишь ее ко мне?
Саид чувствовал некое извращенное чувство гордости, что его пара так легко запугивала окружающих. Он знал, что она не чувствует того же. То, что могла делать, она считала ужасным бременем и проклятием. Но в ее силе была власть. Она просто была под каблуком у Рина слишком долго, чтобы понять это.
— Я же сказал, ты в безопасности от нее. Прекрати эти глупости и открой дверь. — Оборотень тратил драгоценные минуты. Саид заявил о своей способности выполнить эту работу. Оборотень выставлял его в плохом свете, и если он не возьмет свою задницу в руки и не откроет дверь, Саид может передумать.
Изнутри квартиры Саид услышал, как к двери приближаются шаркающие шаги. Слишком рано для оптимизма. В конце концов, оборотень с такой же вероятностью открыл бы дверь и всадил пулю в голову Саида. Тем не менее, он не бежал, и это был хороший знак. Саид покосился на Серас. Она стояла на предпоследней ступеньке, прислонившись левым плечом к темной стене. Ее руки были сложены на груди, и та вздымалась дразнящим зрелищем. Язык Саида прошелся по нижней губе, когда волна похоти снова обрушилась на него. Боги, его жажда только усиливалась с каждой секундой, проведенной в ее обществе.
Щелчок открывающихся замков предшествовал скрипу петель, и Саид полностью сосредоточился на двери. Золотисто-карий глаз выглянул из щели в двери и прицелился в Саида. Тот широко улыбнулся, стараясь показать клыки. Оборотень выдохнул.
— Черт. Ты ведь не шутил, да?
Саид закатил глаза. Кто-то должен был научить этого дурака, быть настоящим оборотнем.
— Ты бы знал, что я не лгу, если бы научился правильно использовать свои чувства.
Одноглазый взгляд оборотня охватил Саида с ног до головы.
— Что ты имеешь в виду?
Саид шагнул к двери. Пора заканчивать с этим, чтобы он мог провести остаток ночи наедине со своей парой. Он использовал свою силу, удерживая взгляд оборотня.
— Открой дверь, — сказал Саид. — Сейчас же.
Оборотень, спотыкаясь, отошел от двери. На мгновение она закрылась, когда он опускал цепочку, а затем широко распахнул ее. Саид хорошо разглядел мужчину, которому было не больше девятнадцати лет, когда он был обращен. Он был ребенком во всех смыслах этого слова, и Саида возмутило, что Рин воспользовался его невинностью.
Саид уже потратил три минуты из своих пяти. Он не собирался терять ни секунды.
***
— Тебя зовут Ник?