Потерянный Вампир полностью

— В конечном итоге. — Он издал мягкое фырканье. Так бесцеремонно. — Я думал, ты умерла. — Признание оказалось труднее, чем он думал. Воспоминание о страхе скрутило Саида, и он прогнал остатки тревоги. Он протянул руку и запустил пальцы в ее волосы. Ее прекрасные огненно-рыжие волосы преследовали его в воспоминаниях, снах и каждую минуту бодрствования. — Я понятия не имел, что делать. Как помочь тебе. У меня не было надежды оживить тебя. Я укусил себя за запястье и дал тебе свою кровь.

Серас подняла руку и провела кончиками пальцев по нижней губе.

— Мне было любопытно, что я почувствовала, когда проснулась. — Она пристально посмотрела на Саида, и не в первый раз он был ошеломлен выражением ее лица. — Я не уверена, что вампирская кровь — лекарство. По крайней мере, не для моей расы. — Нежная улыбка изогнула ее губы. — Но я ценю твои усилия. Это определенно меня немного взбодрило. — Ее шутливый тон сменился молчанием. — Никто никогда не делал для меня ничего подобного.

Ледяной ужас охватил Саида с головы до ног. Он был так полон надежд, что его кровь каким-то образом помогла ей. Что он смог укрепить ее силы и обратить вспять последствия этой ужасной вещи, через которую Рин заставил ее пройти.

— Ты никогда не сможешь сделать это снова. — На этот раз Саид не давал никаких указаний. Это была мольба. — В следующий раз ты не выживешь.

— Понимаю. — Эти два слова были произнесены с торжественной окончательностью, от которой сердце Саида забилось быстрее. — Рин, как всегда, даст мне поблажку. Пока он снова не наткнется на кого-нибудь вроде Брианны. Кого-то, кого он не может позволить себе потерять.

— Этого больше не повторится, потому что я не позволю. — Саид хотел, чтобы Серас услышала окончательность его слов. — Ты недолго будешь у него под каблуком.

— Хотела бы я, чтобы все было так просто, — сказала она с грустной улыбкой.

— Так и будет, — заверил ее Саид. — Потому что по-другому я не могу.

Серас вздрогнула. Саид протянул руку и стянул с кровати пуховое одеяло, чтобы накинуть ей на плечи. Она казалась такой хрупкой, такой нежной в гнезде пушистого одеяла. Ее ярко-рыжие волосы обрамляли лицо диким клубком непокорных кудрей.

— Ты всегда так причесываешься. — Саид протянул руку, чтобы взять локон между пальцами. — Почему?

Серас пожала плечами. Румянец залил ее щеки, и она нервно отвела взгляд.

— Это нервирует Рина. — Она съежилась, словно не хотела, чтобы Саид узнал правду. — Он чертовски привередлив. Свое место для всего на свете. Он с ума сходит, когда видит мои волосы. Поэтому я ношу их так каждый день, чтобы показать ему, что есть части меня, которыми он никогда не будет владеть и никогда не сможет управлять.

Скоро ничто и никто больше не сможет контролировать Серас. Саид позаботится об этом.

***

— Думаешь, я смехотворна?

Ей было важно, что думает Саид. Честно говоря, она не могла понять, что он в ней нашел. Она была горькой, язвительной, эмоционально отстраненной, и с проблемой переедания. Не совсем то, что заставляло большинство парней делать выбор в ее пользу.

— Думаю, что ты — много всего, — сказал Саид. — Смехотворна не из их числа.

— Вот как? — Серас отвернулась, не в силах выдержать его пристального взгляда. — Тогда какая я?

Ее сердце колотилось в груди, пока она ждала ответа Саида. Они знали друг друга всего несколько недель, и время, проведенное вместе, было в лучшем случае бурным. Он утверждал, что знает ее по воспоминаниям, которые видел, но было ли этого достаточно? И может ли бездушный действительно что-то чувствовать?

— Ты удивительная. Сильная, свирепая, могущественная. Мягкая. Нежная, хрупкая, красивая. У тебя поразительные глаза. Яркие звезды. Иногда, когда ты смотришь на меня, я не могу отвести взгляд, даже когда пытаюсь. Когда ты рядом, я чувствую, что могу сделать глубокий вдох. Ты пленила меня.

Слезы навернулись на глаза Серас, и ее грудь сжалась от волнения. Эмоции, которые она не должна была чувствовать. Присутствие Саида в ее жизни принесло с собой магию, о которой она и не подозревала. Ее душа исчезла. Она была пуста. Пуста. И все же каким-то образом Саиду удалось наполнить ее.

Но быть чьим-то якорем — не то же самое, что любить. Рину нужна ее сила. Саид нуждался в ней для их предполагаемой связи. Она старалась не позволить горечи просочиться внутрь, чтобы заглушить теплое, неясное ощущение, которое Саид вызвал в ее груди своими красивыми словами. Но Серас знала, что это необходимо. Она понимала необходимость. Чего она жаждала, так это быть желанной. Не за то, что она могла кому-то дать. Она хотела быть выбором. Не необходимостью. Или удобством.

В тишине раздался голос Саида, серебро окаймляло его взгляд, создавая мягкое сияние, которое подчеркивало черты и делало его еще более свирепым.

— Поначалу нет, но я благодарен, что ты не смогла меня привязать.

Серас изучала его смуглое лицо. Он был самым потрясающим мужчиной, которого она когда-либо видела.

— Почему?

Выражение лица Саида стало задумчивым, будто он искал подходящие слова.