− У нас поезд в 6:00, мы тут подождем, − поясняет Дана. Ей не терпится снова вытянуться на убогой, еще согретой ее телом, пластмассовой лавке. – Это зал ожидания, тут пассажирам можно сидеть. И лежать, – закрывая глаза, она пытается улечься, но человек протестует и жестами показывает на выход.
Офицер предупредительно помешал девушке улечься и ждал, когда ребята соберут рюкзак и обувь. Подводя их к выходу, мужчина ткнул пальцем в клочок бумаги на дверях. График работы: с 06:00 до 01:00.
Как оказалось, желающих ночевать на вокзале было несколько, но все они уже толпились у входа. Когда ребята переступили порог, офицер закрыл дверь на ключ и быстро ушел в темноту. Особо прыткие коллеги по несчастью вытащили из своих сумок разные вещи и начали устраиваться на ночлег. Прямо под дверью. На холодном и заплеванном асфальте. Напарники с ужасом смотрели на происходящее.
− Чего это они? – этот вопрос вывел Дану из оцепенения.
− Спать хотят.
− А почему на асфальте? Это бомжи?
− Не знаю. Похоже в этом городе такая традиция, − и на очередную серию морганий уточнила, − шучу. Они тоже не знали про сюрпризы этого вокзала.
Разумеется, девушка не планировала спать на асфальте. И вообще на улице. Но никто не предупреждал их о таком повороте и ничего, абсолютно ничего, придумать не получалось.
− Смотри! Через дорогу есть парк, идем к настоящим бомжам, − серьезно предложила Дана.
− Я не хочу к бомжам.
− Тогда попросишь их уйти! Или оставайся тут. Стереги сон этих, − девушка кивнула в сторону свернувшихся у ее ног людей. Они выглядели жалко.
− Надо же, они действительно спят! – удивился парень.
− Мне все равно. Но оставаться тут я не хочу. Ты со мной?
− Да… − обреченно согласился Алексей.
Парк в этом городе тоже закрывают на ночь. На замок. И все немногочисленные лавочки попадают в лапы голубей. «Парк открывается в 05:00», − догадались ребята по табличке на воротах. Очевидно, чтобы садовники успели навести порядок к приходу выспавшихся посетителей.
− И что теперь делать? – вопрос, который Дана предпочла проигнорировать.
Где-то вдалеке слышалась музыка. Один или два огромных динамика нарушали тишину. Туристка молча пошла по улице навстречу доносившимся звукам. Алексей послушно двинулся следом. Ребята вышли на площадь. Казалось, тут собрался весь этот провинциальный городок! Присесть оказалось негде.
− Как будто день города, − Алексей прочитал ее мысли. – Интересно, долго они тут будут?..
− Если увидишь лавочку, дай знать или займи сразу.
− Вижу только одну лавочку. Во-о-он, на трамвайной остановке.
Отличный вариант, как она сама не заметила? Дана присела на край, ноги гудят. Потихоньку к ней возвращаются мысли, и ей кажется, что на этой лавочке можно просидеть до утра. Через полчаса Алексей озвучил то, чего она опасалась:
− Похоже, эта дискотека заканчивается.
И действительно прожекторы один за другим потухли, колонки, поскрипев, затихли. Ночную площадь обволокли темнота и тишина, и она быстро опустела. Туристы на трамвайной остановке стали слишком заметны в редких лучах фар.
− Смотри, полиция, − показал в темноту Алексей. – У нас тоже после дня города полиция проверяет, все ли в порядке.
− Тогда идем, прогуляемся, − без энтузиазма согласилась Дана. Помня совет попутчиков-французов, она понимала, что общаться с полицией уже нет необходимости.
Ребята поднялись и пошли по другой улице. Шли и шли, чтобы не заснуть. Им оставалось продержаться несколько часов и придумать, как купить билет. Вскоре они снова вышли к вокзалу. Люди так и спали на асфальте. Путешественники решили пройти еще один круг по уже известным улицам.
− О, вот еще остановка! Можно посидеть тут. Как раз увидим, когда откроют парк, и там досидим остаток времени, − предложила Дана.
Холодная металлическая лавочка, разделенная жесткими подлокотниками, под стеклянным куполом от дождя и ветра. Рюкзак поставить некуда. Идеально отполированное сиденье, на котором редко кто сидел, не позволяло откинуться и опереться на спинку – пассажир, как ребенок с ледяной горки, катился вниз – как бы намекая, что автобус уже подъезжает.
Туристы договорились дремать по очереди, чтобы никакой ушлый бомж не стащил их скудный багаж. Право первого дежурства досталось Алексею. Девушка положила объемный, но полупустой рюкзак себе на колени, протянув руку через лямку, взялась за поручень, чтобы усидеть и поймать равновесие, и сразу «отключилась».
− Дана, вставай! Полиция, − Алексей тряс ее за плечо, да так, что она подпрыгнула, испугавшись. От вокзала по улице медленно ехал патруль.
− Тогда тебе спать отменяется, − заявила девушка, как только пришла в себя. – Придется пройти круг, пусть думают, что мы гуляем.
