Теперь Теду открылось всё. Обманы и иллюзии рассеялись, обнажив боль утраты, обжигающие грудь, как угли сгоревшей любви. Именно эта боль заставила трансформироваться, убежать от Тадеуша в Красавчика, от Красавчика в Теда. Теперь вокруг был свет и перспектива, позволяющая отстраниться и окинуть всю свою прожитую жизнь как извилистую горную дорогу. Тадеуш не убежал и не предал свою любовь, свою память о родителях. Он спрятал её от посторонних глаз, колющих своими насмешками и непониманием. Точно так же поступил Красавчик, когда Гиена пожирала его любимцев. Теперь и Теду предстояло сделать выбор: сбежать в копию его прежней жизни, стать снова «счастливым» Красавчиком или остаться Тедом и защитить, что ему стало дорого. Проступили две путеводные звезды, зовущие Теда к себе — Ким, как сын и Джил, как любимая.
Потянувшись к ним, Тед смог оторваться от манящей дорожки и увидел, что пряталось за крутым поворотом — будущим дороги Тёмного пути. Там как дежавю была окровавленная пасть Гиены. Она снова пожирала его любимцев (уже из новой коллекции). И холодный взгляд Микоша искал его на обширных просторах Америки. Они тогда в клинике Доктора предупреждали его о ждущих Красавчика последствиях, если он встанет на Тёмный путь. Только ограниченное сознание Красавчика, могло не разглядеть во взгляде Микоша понимание без одобрения. Странный друг Доктора прекрасно знал обо всём, что происходило в клинике. Он это принимал как необходимость, как горькое лекарство для больного общества людей, не высказывал своего одобрения выбранным Организацией методам. Именно так недавно смотрел Тед на проделки Кима. Точно такой взгляд был нужен ему при разговоре Джил по поводу её самодеятельности. Он не причинит им зла. Он отдаст всё за их благополучие.
Теду стало понятно, что Банкир нашёл что искал — его слабые точки — Ким и Джил. Теперь нужно узнать слабые точки Тёмного. Потянувшись к скрытой в физическом теле человека тёмной сущности, он коснулся её, произнеся имя, горящее как клеймо на лбу Банкира.
Старый скиталец, вышедший из Мрака, получив клеймо нерождённого, поступил на службу. Сумев обуздать свой внутренний голод, он нашёл баланс между своей полезностью для Сильных и потакания своим «интересам». Высшие оценили его старания — получил первое повышение раньше, чем сгнило его первое тело. Так, потихоньку служа и получая поощрения, ему удалось завершить свой первый самостоятельный проект. Потом случился прокол с Базилио. Его не наказали, но от взыскания (слабого проклятья) отделаться не удалось — теперь занятые им тела быстрее гнили, а Подопечный (Базилио) убежал на другой континент. Он «из кожи лез» (сколько славных тел было загублено), стараясь загладить свою вину с большим усердием, чем это требовалось, выполнял поставленные перед ним задачи. Всё было оценено и посчитано. Он получал повышения и более сложные задания, пока Базилио снова не влез в историю. Только результат был обратный (ему пришлось притвориться, что он так и задумывал с самого начала) — его повысили до уровня Сильного (перебросили через три ступени в рангах). Теперь можно было расслабиться и получать все прелести от пребывания на земле в статусе нерождённого. А вся работа сводилась к контролю над большой территорией, покрикиванию на нерасторопных подчинённых и к контактам со Светлыми. Последнее вызывало отвращение из самой глубины его натуры, так как он не понаслышке знал, что это самое опасное для нерождённого. Почти как идти по лезвию бритвы над пропастью Небытия — оступись и чтобы выбраться, может понадобиться не одна Вечность.
— Ни меня, ни тем более, Вас, не радует перспектива появления в нашей местности Охотника (образ холодного лица Микоша). Поэтому Я придержу все жалобы на Вас, но если ваше «хобби» (искорёженное болью лицо Джил) будет путать наши планы, Я лично займусь её «воспитанием» (через сознание Теда протекла череда картинок, вызвавших мурашки на поверхности его физического тела).
Теду впервые в жизни захотелось произвести физическое воздействие (ударить) на другое физическое тело. Он мысленно потянулся к армии духов, но на пути встало видение от Банкира: его многочисленная армия как орда блох накидывается на бергамаско, полностью теряясь в его шерсти.
— Вынужден откланяться, так как ваши запасы благородного виски иссякли, а мой нос слишком чувствителен к подделкам. — Банкир поднялся со стула, достал из кармана пачку хрустящих купюр. Отсчитав несколько, он положил их на барную стойку. — Закажите несколько бутылок лично для меня, но с одним условием. Не предлагайте Светлому ничего крепче воды.
