О собственных детях государь был не самого лестного мнения. Старшая дочь бесконечно доставляла беспокойство, сбегая и позоря всю семью; даже будучи избита до полусмерти, отлежалась и снова сбежала, на этот раз исчезнув на несколько лет. Вернулась она уже не нежной принцессой, а покрытой загаром пираткой, с которой сладить и вовсе было невозможно. Сын вместо забот о родных местах питал странную и опасную любовь к знаниям, неделями просиживая за книгами. Хлопот он не доставлял, но со временем в его взгляде появилось что-то такое… На отца он смотрел оскорбительно, не было в нем ни почтения, ни сыновней любви. Рождение долгожданного сына затуманило разум Фэн Жунхе, но теперь только гордость не позволяла признать, что старые сплетни оказались правдивыми. Нужно было сразу слуг допрашивать, чтобы спустя столько лет подозрениями не мучиться!.. Младшая Жулань хотя бы лицом и фигурой удалась, однако обернулась самой сильной головной болью для семьи. Большим везением был интерес Ду Цзыяна, и брачный договор заключили не глядя. Сибай был богатым, но крошечным государством, людей становилось все больше, а земли – все меньше. Лойцзы требовались деньги, а вот незаселенных земель у нее было предостаточно. Этот союз мог принести в будущем столько плюсов, что отказываться от него было бы величайшей глупостью.
Самый младший сын Фэн Жунхе погиб еще ребенком, не перешагнув и десятилетнего рубежа. Находить женщин, не связанных с семьей Фэн слишком близким родством, становилось все сложнее, а передавать трон выродкам наложниц совесть не позволяла. Такие дети не чувствуют ответственности ни за земли, ни за род и никогда не будут чтить Сибай превыше всего. Потому и Фэн Юань остался во дворце сыном без власти: теперь уже не дознаться, родной он или нет, но короны ему не дождаться.
Сам государь приближения старости еще не ощущал, но о наследии требовалось позаботиться заранее. Все надежды свои он возложил на бестолковую младшую: пусть уж лучше передаст Сибай своим детям, если те окажутся достаточно разумны.
Сейчас Жулань не обойтись без отца. Огромные территории были завоеваны, но не покорены, министры бежали из дворца, император окончательно потерял разум, а казна показывала дно. Несмотря на препоны и сложности, государь был доволен. Если правильно распорядиться имеющимися у него на руках возможностями, то Сибай вместе с Лойцзы станут непобедимым союзом. Править таким будет сложно, но раз уж император разум потерял…
Величия и мощи объединенных земель другим странам и за сотню лет не достигнуть. Имя человека, который смог покорить такие территории, навсегда войдет в историю. Как и имя того человека, которому удастся власть в руках удержать.
Сама принцесса в это время разрывалась, пытаясь справиться с десятком дел одновременно, и даже забеспокоилась, не разбегутся ли ее глаза в разные стороны от чрезмерных усилий. С браком нужно было спешить.
В тот день, когда император на некоторое время пришел в чувство и заговорил ясно и четко, у людей появилась надежда на его исцеление. Однако с тех пор Ду Цзыян не произнес больше ни слова. Да и было ли на самом деле разумным его решение?
Император то безучастно смотрел куда-то в пустоту, взглядом скользя по стенам и лицам окружавших его людей, то приходил в странное буйство. В бесплотных попытках что-то отыскать он беспрестанно шарил вокруг себя руками, и пальцы его сжимались, подрагивая, но хватали только воздух да измятую ткань постели. При виде Фэн Жулань его исхудавшее лицо выражало страх.
Ду Цзылу, так и не услышав ни от кого ни слова о своем новом положении, безмолвной тенью продолжила служить императору. Министры игнорировали девушку, не оскорбляя даже взглядом, но и новый статус ее не признавали. Долгими вечерами, когда Ду Цзыян никак не мог успокоиться, она тайком гладила его ледяные руки, надеясь передать хоть немного своего тепла. Во всем огромном и пустом дворце их осталось двое. Исчез высокий странный юноша с янтарными глазами, который прятался за каменной мрачностью. Пропал господин Ло, и дворец словно пылью подернулся, замер, сохраняя себя до возвращения ветреного Мастера. Покинул столицу и странный маршал, в котором решимость и несгибаемая стойкость так плотно перепутались с мягкостью и теплой улыбкой, и Ду Цзылу оставалось только надеяться, что он оправится от ран и найдет в себе силы жить дальше.
Только двое. Одни покои на двоих, общий завтрак и ужин; длинные пустые вечера и наполненные страхами ночи. Одна фамилия и общая судьба.
Эту судьбу она выбрала сама, выбрала в тот самый момент, когда подняла глаза на императора. Подняла – и словно ослепла на мгновение, будто мир со всеми своими горами и реками, солнцем и звездами вдруг превратились в одного человека, и ничего больше не существовало, кроме него.
Она не представляла, что делать дальше, но не собиралась сдаваться. Скоро количество ее врагов во дворце возрастет, и вряд ли кто-то будет любезен со внезапно обретенной бедной родственницей.
