– А такие были?.. Ты еще жив.
– Мне предложено было занять место самого несчастного человека во дворце, – без выражения заметил Мастер. – А ведь тело предыдущего еще и остыть не успело, вывешенное за ворота.
Ши Мин сел ровнее, подтянул колени к животу и посмотрел на собеседника со сложной смесью недоверия и жалости.
– То-то новый министр до сих пор нездоровьем отговаривается. Наставника повесили, дела в беспорядке, еще и тебе дорогу перебежал.
– Пусть хоть целыми днями дорогу мне перебегает, – фыркнул Мастер и принялся аккуратно расправлять забрызганные вином и чернилами рукава, глядя на них с изрядным отвращением. – Пока я всего лишь пугающая сказка для непослушных подданных и для правителя не опасен. Стоит мне получить в подчинение больше людей, и императора удар хватит.
– Как будто у тебя их мало, – проворчал Ши Мин.
Мастер сверкнул глазами и прижал палец к губам, призывая к молчанию.
– Дурной император всегда думает, что из народа можно выжать еще немного и ничего не дать взамен. Люди способны затянуть пояса, но им нужна надежда на то, что голодные времена закончатся. Этого уважаемому императору не понять. Ему все еще кажется, что люди – это такой личный мешок с деньгами, в который руку можно запускать сколь угодно часто и не встречать никакого сопротивления.
– «Благо народа – стать ступенью на пути императора к истинному величию», – наизусть процитировал Ши Мин и скривился, как от зубной боли. – Налоги больше неоткуда тянуть. Только вот вслух об этом говорить не стоило.
– Зато я, по его размышлениям, найду новые источники. – Мастер потер лицо, оглядел захламленный стол, подхватил небольшой кусочек покрытого густым соусом мяса и ловко бросил его в кошку. Та вскинулась на резкое движение, но поймать угощение не успела – мясо приземлилось ей на голову возле правого уха. – Найти деньги несложно, только вот зачем мне лишние хлопоты? Возиться с оравой бестолковых бездельников, которые не видят ничего дальше своего носа, да еще и рискуя с головой распрощаться в случае дурного расположения духа императора нашего, да продлят боги его жизнь еще на пару недель, не дольше… Я ведь подчиненных своих собственноручно перевешаю, никаких столбов не хватит.
– Слава богам, что твоя фамилия не Ду. – Ши Мин перевел взгляд на кошку, слизывающую с лапы остатки соуса, и тихонько вздохнул.
– Слава богам, – откликнулся Мастер и прижал ладонь к груди. – Император правил страной, как запряженной повозкой, а теперь ломает коням ноги и снимает колеса. Повозка не поедет с одним возницей, сколько кнутом ни щелкай.
– И что ты предлагаешь?
Мастер замолчал. Этот разговор не был первым и последним точно не станет, но даже сейчас, в пустом и трижды проверенном поместье, ему было страшно произносить слова, за которые даже простая казнь в наказание станет благом.
– Не договаривай, – торопливо остановил его Ши Мин. – И слушать не хочу. Старший сын императора ничем от отца не отличается, только нрав имеет буйный. Второй принц управляем и бестолков, за него придется править самим, а мы с тобой всего лишь колеса, а не возницы.
– Хотя бы не кони… – Мастер сцепил пальцы и опустил на них подбородок, глядя на собеседника лисьими глазами с легкой улыбкой. – У нас наследников полон дворец.
– И кто из незаконнорожденных примет кнут?
– Сын младшей наложницы Цзы.
Ши Мин погрузился в глубокую задумчивость. Нащупав края полураспущенного пояса, он принялся связывать их в грубый многослойный узел.
– Слишком юн, – наконец отозвался он и спустил ноги на пол, выпрямляясь; от резкого движения тело повело в сторону. – Кто бы мог подумать, что заговоры не в темных подземельях зреют, а обсуждаются двумя нетрезвыми юнцами в доме с настежь распахнутыми окнами!..
– Пусть ищут заговоры в подвалах, – обольстительно улыбнулся Мастер и прищурился. – Чем громче шум, тем больше возможностей провернуть тихие дела, никого не побеспокоив. Оба сына наложницы признаны императором, никаких сложностей с передачей власти быть не должно.
– За ними никого нет, кроме наложниц да пары евнухов, да и те сбегут при первой же угрозе. – Переждав приступ головокружения, Ши Мин поднялся и побрел к окну. Кошка с любопытством проследила за раскачивающимся на поясе узлом, но напасть не решилась. – У всех детей императора, кроме законных, одна беда – за душой у них лишь фамилия, а у некоторых и ее нет. Ни денег, ни власти.
– Есть и род, и власть, и деньги, – вяло отмахнулся Мастер и тоже поднялся. – Только вот все это сосредоточено в руках разных людей. Если ввяжемся в эту бурю, то придется путь к трону расчищать и смазывать маслом, чтобы драгоценный юный император по дороге не споткнулся и голову не потерял.
– Мы не сможем держать на своих плечах все сразу. – Ши Мин выглянул в окно и вдохнул сложный букет ароматов: пахло влажной землей, цветами и той самой вязкой ночной тревогой, от которой всегда хотелось бросить дела, выйти за порог и никогда больше не возвращаться. – Такое никому не под силу.
