Тот, осознав что сейчас произойдет, после нескольких секунд раздумий, все же выполнил требование. Стволы, раскрутившись, начали изрыгать огромное количество пуль – множество шинровцев под нами становились их жертвами. Не пытаясь целиться, я плавно вел пулемет от одного края поля боя к другому. Короб с лентой быстро показал дно. Пристрелив пилота, я спрыгнул вниз. Оставшийся без управления вертолет, крутясь вокруг оси, начал стремительно снижаться и в итоге врезался в землю, увеличивая количество хаоса. Я же, достав из Инвентаря пулемет, рванулся в сторону ближайшего бронетранспортера, стреляя навскидку по шинровцам, заставляя их разбегаться и залегать. Один из них пытался скрыться в бронированном нутре техники, но немного не успел – настигнув его на рампе, одним ударом приклада сворачиваю челюсть пехотинцу. Оружие отправляется обратно в Инвентарь, а я выхватываю нож – на месте водителя и в пулеметной башне сидело по бойцу. Хватаю пулеметчика за ногу и стаскиваю его вниз. Тот, от неожиданности, даже не сопротивляется и получает удар под подбородок. Водитель же начинает дергаться, пытаясь достать пистолет. Я добираюсь до него быстрее и бью в шею. Готов. Занимаю место в пулеметной башне и немедленно открываю огонь, благо мертвый стрелок уже успел все для меня приготовить. Кое-как организовавшиеся за это время солдаты противника были вновь рассеяны, в этот раз огнем из, вроде как, дружественной техники. Сосредотачиваю огонь на других бронетранспортерах – самых опасных, за исключением вертолетов, противниках. Четыре штуки, если считать вместе с моим, находились в вершинах большого квадрата, центр которого занимала опора. Поэтому расстрелять получилось только два. Как только пули обильно нашпиговали корпус второй цели, немедленно вылезаю из техники – ко мне, оценив обстановку правильно, уже подлетали вертолеты, что явно собирались меня прикончить из курсовых орудий. Снаружи материализую пушку, которую поместил в Инвентарь уже с заряженным снарядом, и делаю выстрел, оперев ствол на край бронетранспортера. Первый вертолет, получив попадание прямо в кабину пилота, кренится на бок и стремительно падает на землю. Меняю позицию, предварительно дематериализовав пушку, ибо с такой дурой бегать – себя не уважать. По пути разбиваю пару голов обескураженных солдат Шинры. У подбитого мною ранее бронетранспортера делаю остановку и перезаряжаю пушку. Вертолета не опасаюсь, так как он должен был меня потерять из-за творящегося хаоса и моего быстрого бега. А вот последняя единица наземной техники представляет серьезную угрозу, так как ее стрелку просто указывают пальцем направление. А вооружение у местных БТРов крайне серьезное – спаренный крупнокалиберный пулемет, пули которого прошивали такой же бронетраспортер влет. Ложусь на землю для упора и подбиваю последний БТР. Снаряд пробивает его прямо в центре проекции, убивая и водителя, и стрелка, и всех кто внутри осколками. Заменяю пушку на БД, в который заряжаю разрывной. Выхожу из-за укрытия и выцеливаю второй вертолет. Тот, кружась на месте, явно пытается меня найти. Выстрел – и кабина пилота скрывается за вспышкой взрыва. Тоже готов.
Осматриваю пылающее многими огнями – Ифрит расстарался, поле боя. Вся техника уничтожена, а оставшиеся солдаты рассеяны и деморализованы. Собираясь в группки по два-три человека, они быстро уходили вглубь сектора. Подхожу к барьеру из шепчущих и пытаюсь пройти. Призраки мне активно мешают, слетаясь с других мест и укрепляя слабые точки, не давая мне и малейшего шанса. Выхватываю меч и рублю наискосок перед собой изо всех сил. Задетые шептуны просто рассыпаются серой пылью чтобы затем собраться из нее вновь.
- Ифрит, ты знаешь что делать, – обращаюсь к подошедшему призыву, которому надоело давить беспомощных солдат.
Тот, кивнув, свел ладони вместе, формируя между ними яркий шар огня. Спустя десяток секунд зарядки атаки, он размахнулся и отправил снаряд в барьер, который, встретившись с препятствием, просто стек по призракам.
- Блядь! Ну и как мне… – меня прервал очередной шепчущий, вылетевший из-за спины.
Вот только он был белого цвета. Твою-то мать… Все только что стало еще хуже. Хотя, казалось бы, ну куда уже? Если они разделились на два лагеря, то это значит одно – серых УЖЕ контролирует Сефирот, а белые, направляемые Планетой, пытаются ему помешать. Тогда, получается, в происходящем здесь замешан именно патлатый чмырь, чтоб в его трусах вечно минвата была. Но зачем они ему здесь понадобились? И где он сам? Вопросы без ответов. Пока что. Союзные призраки, тем временем, вылетая из-за моей спины во все возрастающем количестве, начали создавать проход в барьере своими телами, сталкиваясь с серыми и взрываясь во время столкновения черными хлопьями. Ну, не стоит ждать, пожалуй. Еще столько шинровцев можно убить,
