Но перед тем, как начать подниматься наверх, нужно утрясти одно маленькое дельце. Подхожу к стене и, прислонившись к ней руками, с размаху бьюсь головой. Раз, два. Из носа начинает идти кровь. Вот так. Ибо нечего на Айрис руку поднимать, даже если есть объективная причина для этого.
Опора по периметру окружена лестницами, ведущими к ее вершине. Между пролетами были технические этажи. Некоторые с посадочными площадками, некоторые с остановками для лифтов. И практически на каждом из них меня встречали шинровцы. Вот только… Дубины и щиты? Серьезно? Все нормальные армейцы успели закончиться? Остались только полицейские части?
Я проходил через заслоны как нож сквозь масло – у оставшихся солдат даже стрелкового оружия не было, и они десятками гибли от моих выстрелов и взмахов двуручного меча. Правда иногда их усиливали пулеметные турели, но их автоматика была настолько несовершенной, что каждую из них я успел подрывать еще до того, как они на меня среагируют.
Большую трудность для меня представлял практически бесконечный подъем наверх. Успел несколько раз пожалеть, что уничтожил все вертолеты. Добравшись до середины подъема, я решил сделать паузу – все-таки уже почти полчаса непрерывно режу шинровцев. Устал немного.
Со стороны Нулевого сектора послышался шум винтов. Небольшая точка стремительно приближалась к опоре, постепенно вырастая до очередного вертолета. Ударили курсовые пулеметы. Пришлось укрыться с обратной стороны колонны.
- ИФРИТ! Отвлеки их, – призыв вынырнул из-за колонны и начал принимать телом пули, отвечая небольшими огненными снарядами.
Я же выбежал с другой стороны опоры и, набрав скорость, прыгнул. До вертолета было с десяток метров, но клетки Дженовы творят чудеса – я ухватился за посадочную опору.
- Ах это ты, сука! – краем глаза вижу мелькание рыжей кляксы вверху и перехватываюсь за вторую опору.
За моей спиной засвистели пули. Вовремя. В этот момент один из огненных шаров попал по вертолету, заставив его мелко завибрировать. Пользуясь случаем, взбираюсь в кабину. Внутри снова Турки, но в этот раз знакомые мне – Рено и Елена. Первый в бешенстве поднимает руку с пистолетом в моем направлении, а вторая встает в боевую стойку. Падаю на пол, в движении метая нож в рыжего и попадая им в безоружную руку, заставляя дернуться в сторону. Елена сближается и поднимает ногу с целью расколоть мне череп, но я успеваю сделать ей подсечку. Девушка валится на пол кабины, а я выхватываю второй метательный нож. Рено, восстановив равновесие после первого попадания, снова целится из пистолета, но не успевает сделать выстрел – ему в глаз вонзается несколько сантиметров стали. Турок, несколько раз дернувшись, выпадает из вертолета.
- РЕНО! НЕТ! ТЫ, СУЧИЙ УБЛЮДОК! – Елена впадает в бешенство и, игнорируя какую бы то ни было технику борьбы, вцепляется мне в лицо, пытаясь добраться до глаз и выдавить их.
Смешно, кажется девочка не поняла кто перед ней. С легкостью перехватываю ее руки и одним движением ломаю пальцы. А затем, сгруппировавшись, ударом ног выталкиваю девушку наружу.
- Не забудь передать привет остальным! – кричу ей на прощание, – ну что, жизнь или смерть?
Оставшийся один пилот явно решил не искушать судьбу – и повел вертолет вверх, следуя моим указаниям. Примерно посередине опоры находилась крупная открытая площадка, которой и заканчивался лестничный подъем.
- В этот раз без страховых выплат, дружочек, – пристреливаю пилота и спрыгиваю вниз, позволяя технике врезаться при падении в колонну.
- И вот так вы встречаете гостей? Довольно невежливо, – обращаюсь к десятку мужчин и женщин в лабораторных халатах, что окружили неизвестную установку.
Она представляла из себя несколько металлических кругов, идущих от самого крупного внизу до самого маленького вверху, на котором в захватах был расположен прозрачный стеклянный шарик. Вокруг же установки, издающей низкий гул было расположено несколько антенн-приемников, направленных наружу в разные стороны и соединенные с ней кабелями толщиной в руку. И кое-что она мне напомнила. То, от чего начал чесаться несуществующий уже шрам по периметру лица.
- Слышьте, неуважаемые знатоки, предлагаю сыграть вам в игру – я задаю вопрос, и кто не успевает на него ответить за десять секунд, умирает. Начнем с тебя, – я направил БД на ближайшего яйцеголового, – для чего эта ваша приблуда предназначена?
Тот, с ужасом в глазах, начал метаться умоляющим взглядом по коллегам, но те, склонив головы, молчали.
- Неверно, – голова незадачливого молчуна разлетелась от попадания шестнадцатимиллиметрового патрона, – ты следующая. Вопрос тот же.
Следующая цель, женщина средних лет с пучком мышистых волос, лишь закатила глаза и грохнулась в обморок.
- И это тоже неправильно, – делаю очередной выстрел, – не переживайте, у меня патронов еще много, на каждого хватит.
- Скажу! Все скажу! Только не стреляй! – очередной ученый, пухлый мужик средних лет, на которого я направил револьвер, поднял руки и затрясся, – это… это экспериментальное оборудование для формирования новой материи.
