— Нет, нет, Пар Омсворд. Я обыкновенная девушка из скитальцев, я не унаследовала кровь, которая из поколения в поколение несет в себе магию. — Она рассмеялась. — Думаю, если бы мне в руки попал мешок, полный эльфийских камней, я бы и тогда ничего не смогла сделать!
Он тоже развеселился, вспомнив маленький кожаный мешочек с разноцветными камнями, который она так берегла в детстве.
Им было друг с другом так легко, будто они не виделись не десять лет, а всего несколько недель. В присутствии Рен Пар сразу успокоился, на душе стало легче. Ему нравилось чувство собственного достоинства, присущее ей — вольной, свободолюбивой и довольной своей жизнью среди скитальцев. От нее исходила сила, и физическая и духовная, и Пар искренне ею восхитился. Он поймал себя на мысли, что желал бы обладать хотя бы частью ее отваги.
— Каким тебе показался Уолкер? — неожиданно спросила она.
— Погруженным в свои мысли, — помолчав, ответил Пар. — Его явно что-то гнетет, только непонятно что. Он постоянно говорит о недоверии к магии эльфов и друидов и, видимо, владеет какой-то совсем другой магией. Его трудно понять.
Рен быстро передала его слова Гарту, и тот ответил коротким жестом. Рен перевела Пару:
— Гарт говорит, что Уолкер чего-то боится.
Пар удивился:
— А откуда он это знает?
— Просто знает, и все. Он же глухонемой, поэтому у него обострены другие органы чувств. Он намного лучше нас с тобой понимает, что чувствует тот или иной человек, даже если этот человек и скрывает свои чувства.
Пар кивнул:
— Да, скорее всего он прав. Уолкер напуган, он сам мне это сказал. Он говорит, что страшится того, что может произойти после встречи с Алланоном. Странно, не правда ли? Не представляю себе, что может так беспокоить Уолкера.
Рен сделала Гарту какой-то знак, но в ответ гигант просто пожал плечами. Некоторое время они молчали, думая каждый о своем. Потом Рен спросила:
— Ты знаешь, что этот старик, Коглин, был когда-то учителем Уолкера?
Пар быстро взглянул на нее:
— Это Коглин тебе рассказал?
— Вообще-то я сама выведала это у него.
— Чему же он учил Уолкера? Магии?
— Чему-то учил… — Она вдруг ушла в себя, взгляд ее стал отсутствующим. — Между ними что-то есть, глубоко спрятанное, как страх Уолкера, например.
Пар ничего не сказал, но в душе готов был с ней согласиться.
Эту ночь вся компания провела без происшествий, но на рассвете все проснулись с ощущением усталости. Следующая ночь — первая после новолуния, с ними будет говорить призрак Алланона. Все занялись своими делами, но каждый с волнением ждал наступления темноты. Они ели и не ощущали вкуса пищи, почти не разговаривали и слонялись по маленькому лагерю, выискивая себе занятия, которые помогли бы убить время.
Стоял теплый ясный день, напоенный летними запахами и солнечным светом, один из тех дней, которыми в любом случае следовало наслаждаться, но сегодня всем казалось, что день тянется бесконечно долго.
Коглин появился после полудня, выйдя из тени горы, — потрепанный вестник судьбы. Он был покрыт пылью, взлохмачен, с покрасневшими после бессонной ночи глазами. Старик сказал, что все готово, — он придет за ними после заката. Он отказался что-нибудь добавить, хотя Омсворды настойчиво его расспрашивали, и снова исчез.
— Интересно, чем он без нас занимается? — пробормотал Колл, когда Коглин превратился в далекую черную точку, а потом совсем исчез.
Солнце ползло на запад так медленно, будто кто-то удерживал его, и спутники Пара становились все сосредоточеннее. Необычность предстоящего все больше занимала их мысли. Даже Уолкер Бо, которого перспектива встречи с призраками и духами, казалось, должна была волновать меньше других, ушел в себя, словно барсук в нору, и стал совершенно недосягаем для остальных.
Тем не менее после обеда Пар, прогуливаясь в прохладной тени скал, окружающих родник, увидел своего дядю.
Они медленно сближались. Заметив это, оба замедлили шаг, потом остановились, обменявшись смущенными взглядами.
— Как ты думаешь, он на самом деле придет? — спросил наконец Пар.
Бледное лицо Уолкера скрывал надвинутый на глаза капюшон.
— Он придет, — ответил он Пару. Долинец подумал мгновение:
— Не знаю, чего и ожидать от этой встречи.
— Это не важно, Пар. Чего бы ты ни ожидал, эта встреча все равно ни на что не будет похожа. Здесь ничего нельзя предугадать заранее. Друиды всегда были большие мастера на всякие сюрпризы.
— Ты предполагаешь самое худшее, ведь так?
— Я предполагаю… — Он замолчал, не закончив своей мысли.
— Будет магия? — предположил Пар. Уолкер нахмурился. — Ты думаешь, именно ее мы увидим ночью, не так ли? Я надеюсь, ты прав. Я надеюсь, что она предстанет во всем блеске и откроет для нас двери, до сих пор закрытые, и мы увидим, на что она действительно способна.
На лице Уолкера появилась ироническая улыбка.
— Некоторые двери лучше держать закрытыми, — мягко заметил он. — Я думаю, ты хорошо это усвоил.
Он положил руку на плечо племянника, подержал ее некоторое время и молча пошел дальше.
