На ее возглас обернулось несколько эльфов, по их рядам прошел тревожный шепоток, но Селена, потеряв ко всему вокруг интерес, пыталась сосредоточить на себе сознание умирающего короля.
— Гораций, — тихо и мелодично прошептала она, слегка касаясь его угасающих хаотичных мыслей. Ментальный барьер, поставленный королем, исчез. — Ты узнаешь меня? Сейчас я постараюсь подлатать тебя, потерпи!
Эльфийка прошептала под нос слова заклятия, и ее рука потонула в живительном голубом потоке. Она уже подносила ладонь к поврежденной плоти, когда рука Горация, необычайно крепкая и решительная остановила ее. Эльфийка вздрогнула.
— Селена… — его голос казался неким подобием тихого шелеста листьев. — Это бесполезно. Ее перчатка была окутана смертельными заклятиями, они во мне… рану не излечить.
Гораций мучительно закашлялся, и кровавый цветок на белоснежной котте разросся еще больше.
— Но позволь мне хотя бы попробовать! — взмолилась Селена. — Ты не можешь просто так умереть! Ты нужен своему народу!
— Боюсь, мое время прошло, — Гораций попытался ободряюще улыбнуться, но улыбка вышла вымученной и болезненно подрагивающей. Зубы и десны короля тоже были в крови. Селена осторожно приподняла эльфа чуть выше, позволяя опереться на свое плечо. Гораций сразу же задышал глубже и быстрей, перестав захлебываться собственной кровью.
Селена ощутила, как ее щеки очертили теплые дорожки слез. Она, злясь на себя, пыталась сдерживаться, чтобы Гораций не видел ее растерянности и отчаяния, но ее грудь все равно сотрясалась в глухих рыданиях, а невыплаканные слезы щипали глаза, застилая их мутной пеленой.
— Зачем же ты пришел к ней без охраны, почему не подождал нас? — всхлипывая, прошептала она.
— Это была моя уловка, и она сработала. Сфера, видя перед собой всего лишь одного врага, отослала свою охрану и сошлась со мной в поединке, будучи уверенной, что сможет одержать победу.
Гораций вновь закашлялся и захрипел, так что Селене пришлось почти вертикально посадить его.
— Но она и одержала ее! Ты умираешь!
Король несколько раз судорожно сглотнул, прижимая руку к раненой груди, а затем с явным трудом молвил:
— Но я тоже смог поразить ее… она потеряла много сил, пытаясь исцелить себя, а ее глаз не заживет еще несколько часов… так я смог помочь Хару. Теперь наш враг ослаблен…
— Но это не стоило твоей жизни!
Гораций вновь пытался улыбаться, глядя на Селену.
— Ты знаешь, что стоило. Хару получил важное преимущество, пусть и ценой моей жизни…
Селена как — то отрешенно посмотрела в небо, слегка покачивая Горация на руках, как ребенка.
— Ты веришь, что Кристл придет? — прошептала она.
— Верю…
Гораций с явным усилием поднял руки и, морщась от боли, снял с головы крылатый шлем. Бледно — золотистые волосы короля веером рассыпались по рукам эльфийки. Вокруг гремела битва, в небе пронзительно верещали жуткие крылатые существа темных ведьмаков. Но Селена была к этому совершенно безучастна. Запрокинув голову к небу, она прижимала к себе Горация, пытаясь помочь ему разделить терзавшую его боль. Из — под ее закрытых век вновь потекли слезы.
— Селена… ты же знаешь..
Эльфийка опустила голову. Король держал перед собой шлем, судорожно шевеля губами в попытке выговорить следующие слова. С его лба стекали крупные капли пота, терявшиеся в густых волосах.
— Лучшего приемника… мне… не найти.
Он прижал свой шлем к груди Селены.
— Носи его с гордостью.
Слезы вдруг сами собой высохли на глазах эльфийки, и она воззрилась на короля со смесью недоумения и страха.
— Но… я никогда не готовилась к этому… — она покачала головой, слегка оттолкнув королевский шлем. — Я не смогу править так же мудро, как ты!
— Поверь мне, ты можешь гораздо больше, чем ожидаешь от себя. Тебя поведут твое сердце, твои воины и благословление Гонандорфа. Прощай Селена, королева Оринора!
— Гораций! Нет! Это абсурд!
Но король больше ничего не отвечал, только продолжал прижимать к Селене свой шлем. Эльфийка слушала его напряженное дыхание и с ужасом, навеянным приближением чужой смерти, вглядывалась в затуманенный взор. В какой — то миг она вдруг поняла, что Гораций мертв. Хотя мышцы на его лице все еще подрагивали, глаза вдруг сделались стеклянными и смотрели теперь как будто сквозь Селену, в бесконечность.
Эльфийка молча опустила Горация на землю в ту же позу, в которой она нашла его. Король так и не выпустил из руки своего меча, и теперь его сжатые пальцы было не разомкнуть.
Селена решительно встала, отвернулась и, глубоко вздохнув, надела крылатый белый шлем с железной головой дракона. Сверкающее королевское серебро остро контрастировало с ее зелено — золотистыми доспехами простого воина. Ею овладела железная решимость и спокойствие.
Стоявшие рядом эльфы, слышавшие последний приказ Горация, вознесли к небу мечи, салютируя новой королеве.
А на площади лагеря и далеко за ее пределами гремела битва, ревя на множество голосов, подобно огромному разъяренному демону.
